Автор Тема: Сквозь смерть  (Прочитано 8698 раз)

0 Пользователей и 2 Гостей просматривают эту тему.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #15 : 18 Март 2017, 00:29:45 »
БЕСЕДЫ МАСТЕРА ДЗЭН ЯСУТАНИ С ЗАПАДНЫМИ ЛЮДЬМИ
(в пересказе роси Филипа Капло)

   Роси (строго): Кто вы? (Нет ответа.) Кто вы?!
   Ученик (после паузы): Я не знаю.
   Роси: Хорошо! Знаете ли вы, что вы имеете в виду, когда говорите «Я не знаю»?
   Ученик: Не знаю.
   Роси: Вы – это Вы! Вы – это только Вы. Больше ничего.
   Ученик: Что вы имели в виду, когда сказали «Хорошо!» после того, как я ответил «Я не знаю»?
   Роси: В самом глобальном смысле, мы не знаем ничего.
   Ученик: Вчера вы пообещали сегодня спросить у меня, кто я, и поэтому я решил, что должен найти надлежащий ответ, и принялся обдумывать различные варианты, но когда вы только что спросили «Кто вы?», я не мог ничего вспомнить.
   Роси: Прекрасно! Это свидетельствует о том, что ваш ум свободен от идей. Теперь вы можете отвечать всем своим существом, а не только головой. Когда я сказал вам, что сегодня спрошу у вас, кто вы, я не хотел, чтобы вы выдумывали ответ. Я хотел, чтобы вы с помощью «Кто я?» проникали как можно глубже в себя. Когда вы придете к внезапному внутреннему постижению своей Подлинной природы, вы сможете отвечать мгновенно и без колебаний.
   Ученик: Спрашивая себя, кто я, я пришел к выводу, что я есть это тело, то есть эти глаза, эти ноги и так далее. В то же время я постиг, что эти части тела не существуют независимо. Если бы мне пришлось, например, вынуть глаз и положить его перед собой, он не мог бы больше работать как глаз. Равно как моя нога не смогла бы функционировать как нога, если бы мне нужно было отделить ее от тела. Для ходьбы моей ноге нужно тело точно так же, как моим глазам нужны объекты для того, чтобы что-то видеть. Более того, то, что видят мои глаза, и то, на что ступает моя нога, есть часть вселенной. Стало быть, я – вселенная. Это правильно?
   Роси: Вы – вселенная. Это правильно. Но то, что вы только что мне предложили – это абстракция, всего лишь представление о реальности, а не сама реальность. Вы должны встретить реальность непосредственно. Вы должны постичь реальность.
   Ученик: Но как мне это сделать?
   Роси: Просто спрашивая «Кто я?», пока внезапно вы не увидите свою Подлинную природу с полной ясностью и определенностью. Помните, что вы не есть ни тело, ни ум. Вы также не являетесь совокупностью тела и ума. Что же вы, в таком случае? Чтобы постичь свое подлинное Я, а не его маленькую часть, вы должны постоянно настойчиво спрашивать себя «Кто я?».
   Ученик: В прошлый раз вы сказали, что я не есть ни ум, ни тело. Я этого не понимаю. Если я не являюсь ни тем, ни другим, ни комбинацией того и другого, – что я тогда?
   Роси: Если вы спросите у обычного человека, кто он, он ответит «Этот ум», или «Это тело», или «Этот ум и тело», – но ни один из этих ответов не является правильным. Мы больше, чем наш ум или тело, или и то и другое вместе. Наша Подлинная природа пребывает за пределами всех категорий. Все, что вы можете подумать или вообразить себе, – это всего лишь фрагмент вас. Отсюда следует, что ваше подлинное Я нельзя найти с помощью логического вывода, интеллектуального анализа или воображения.
   Если я отрублю себе руку или ногу, мое подлинное Я совсем не уменьшится. Строго говоря, ваши тело и ум являются не вами, а частью вас. Ваша Подлинная природа не отличается от Подлинной природы этой палки, этого стола или этих часов –любого другого объекта вселенной. Когда вы непосредственно переживете эту истину, ваше переживание оказывается настолько убедительным, что вы воскликнете: «Вот оно что!» – потому что не только ваш мозг, но и все ваше существо принимает участие в этом знании.
   Ученик (неожиданно кричит): Но я боюсь! Я боюсь! Я не знаю чего, но боюсь!
   Роси: Нечего бояться. Продолжайте углублять свое вопрошание, пока ваши обусловленные представления о том, кто вы, не исчезнут, пока вы внезапно не постигнете, что вся вселенная не отличается от вас самих. Вы находитесь в критическом состоянии. Не отступайте – только вперед!


***

ИСЦЕЛИТЬСЯ ИЛИ УМЕРЕТЬ – ВЕЛИКИЙ ВЫБОР

   Создается впечатление, что уравновешивание ума и сердца может либо изгнать болезнь из тела, либо, как в некоторых случаях, привести этого человека к гармонии после смерти тела.
   До тех пор пока мы думаем об исцелении как о противостоянии смерти, будет продолжаться замешательство. До тех пор пока мы отделяем жизнь от смерти, мы отделяем ум от сердца, и поэтому у нас всегда есть что защищать, есть кем быть, есть причина порождать дисгармонию и болезни. Когда отношение к исцелению правильно, отношение к смерти тоже правильно.
«Исцеление сработало. Теперь я понимаю, что мне нужно лишь открыться для всего, что происходит, с любовью и осознанием. Мне не остается ничего делать, а только внимать, раскрываться и быть».
Только отдаваясь основополагающей таковости, человек может открыть для другого глубинную гармонию бытия. Все, что подчеркивает чувство отделенности «исцеляемого» от остальной вселенной, углубляет разделенность сердца и ума, усиливая тем самым страх смерти и дисгармонию, лежащую в основе болезни.
   Когда вы становитесь пространством, вы не принуждаете ничего. Вы не отталкиваете жизнь и смерть. Фактически, вы даже не противодействуете болезни. Уравновешивая себя, вы просто позволяете равновесию установиться.

   Любовь – оптимальное условие для исцеления. Целитель использует все, что интуиция подсказывает ему, но его энергия не может приходить от ума. Его энергия приходит из открытости сердца. Он чувствует нечто большее, чем состояние тела. Он уходит к источнику, из которого проистекает любое исцеление, не пытаясь вмешаться или изменить то, что позволит сделать следующий совершенный шаг. Он не пытается перехитрить вселенную.
В тибетской целительской традиции тех, кто собирался использовать свои энергии во имя других, на первом этапе обучения целительству учили глубоко открываться смерти. Их учат ничего не исключать из восприятия совершенства вещей. Жизнь и смерть рассматриваются ими как совершенное проявление бытия в этот конкретный момент в это конкретное время. Целитель работает с процессом бытия, а не с его отдельными проявлениями. Подлинный целитель идет к первоосновам бытия и позволяет ему проявляться в идеальном соответствии с тенденциями, которые привели этого индивида к учению, именуемому болезнью.


открытие, необходимое для исцеления, и подготовка к смерти – это одно и то же.
   Все сводится к отношению человека к жизни. человек прикоснется к бессмертию. Он приблизится к исследованию недифференцированного бытия, из которого проистекает исцеление и мудрость.
   Я знал нескольких людей, которые сражались со смертью до последнего, и только когда они приготовились умереть, их тело и ум пришли в равновесие и в теле началось исцеление.
я попытаюсь развенчать здесь некоторые предрассудки относительно естественного исцеления, которое дает нам смерть. Смерть – это не враг. Если «враг» вообще есть, то это неведение и отсутствие любви. Отождествляясь с содержимым ума, мы редко доверяем пространственности сердца. Фактически, может быть так, что болезни в значительной мере являются результатом нашего недоверия своему глубинному естеству. Эта дисгармония возникает, когда мы отстраняемся от истины.
   Для кого-то это может быть болезнь, заставляющая их вначале смотреть внутрь. Для таких людей это может быть единственное переживание, которое позволяет им обратить внимание, начать исследовать ум-тело, развивать чувство целостности. Для многих болезнь оказывается великим даром, поскольку она позволяет им соприкоснуться с собой так, как это не позволяет сделать никакое другое событие жизни. Болезнь заставляет нас пересмотреть все то, что мы нагромоздили, чтобы защитить себя от жизни.


   Некоторые сказали мне, что они всю жизнь искали учителя или учение, которые привело бы их к большей целостности. В конце концов случалось так, что таким учением оказывалась болезнь, что рак становился для них учителем, зеркалом истины. Для многих болезнь – это путь обратно к жизни.
   
   Другой человек видел в болезни послание, с которым нужно работать. Он стремился вернуть себе гармонию, уравновесить сердце и ум, улучшить качество жизни, приводя в соответствие то, что казалось беспорядочным. Вместо того чтобы направлять энергию на продление жизни, он погружался в богатство, которое придавало смысл его жизни. Он не был поверхностным, «не накручивал себя», как выразился один мой знакомый.
   Когда первый больной почувствовал, что он не может вылечиться, он решил, что для него все потеряно, тогда как у второго больного было место и для жизни, и для смерти. Второй исследовал жизнь, а не сопротивлялся ей. Он видел достоинство исцеления, но при этом не забывал, что сознательное вхождение в смерть также может иметь смысл. Его жизнь углублялась, и во всем, что он говорил, чувствовалось новое понимание. Он не пытался бороться с болезнью и не проклинал ее. Он исследовал вопросы «Что такое болезнь?», «Кто болеет?».

***

Один больной в своих исследованиях пришел к выводу, что исцеление не исключает возможности смерти. Он нашел в себе то, что привязывало его к жизни, что затрудняло лечение и не давало возможности умереть. Он назвал это чувство «жаждой жизни», – хотя ему и не верилось, что такое, казалось бы, похвальное чувство может лежать в основе привязанности и замешательства. «Что делать со стремлением оставаться в теле, когда оно умирает? Разве не „жажда к жизни“ мотивирует наш эгоизм, наше желание сделать все, что в наших силах? Разве не „жажда жизни“ лежит в основе нашего желания быть кем-то и стать заблокированной энергией, которая вызывает болезнь? Как это ни странно, разве не желание жизни убивает нас?»

   Возможно, что эгоистичность «жажды жизни» уравновешивается тем, что некоторые называют «тоской по Богу», стремлением к истине. Если человек обуздает «жажду жизни», поможет ли это ему так же, как и «тоска по истине»? Какие из этих качеств делают жизнь осмысленной и открытой для участия в тайнах и чудесах бытия?
   Отказ от жажды жизни не означает жажду смерти. И то и другое свидетельствуют о привязанности к телу и основываются на неправильном понимании личности.
   До тех пор пока смерть является врагом, жизнь – это борьба. Жизнь остается разделенной на небеса и ад. Ум продолжает свое непрекращающееся движение под влиянием страха и беспокойства, что уже само по себе может стать причиной новой болезни.
   В течение месяцев она работала с Иисусовой молитвой «Господи Иисусе Христе, помилуй мя», которая иногда позволяла ей избавиться от дуализма и почувствовать себя единой с Иисусом, погрузиться в священное сердце, сиявшее у нее в груди. Она научилась настраиваться на милость вселенной, на основополагающую реальность бытия, на саму любовь. Через несколько дней она позвонила мне, чтобы сказать, что не может относиться к этим ежечасно принимаемым стаканам сырого сока иначе, как к евхаристии. Поэтому она начала использовать свое отвращение к ним для исцеления чего-то более глубокого в себе. Это был отказ от привязанностей, удовольствий и страданий, выход за пределы плотских пристрастий в центр сердца. И она сказала: «Знаете, даже если это все не исцеляет моего тела, оно делает чудеса с моим сердцем».в течение следующих двух недель она строго придерживалась этой диеты. Она говорила, что иногда евхаристия наполняла ее великим теплом, но в другое время она раздражалась даже от шума, который доносился из соседней комнаты. Вернувшись домой, она продолжала регулярно принимать эти очистительные соки и сказала, что ее тело чувствует себя лучше. ,,
   Получив этот последний смертный приговор, она, к своему удивлению, почувствовала облегчение. «Все это время, повторяя Иисусову молитву и отдаваясь милости вселенной, я думала, – сказала она, – что милость Христа в том, чтобы исцелить мое тело. Но теперь я вижу, что волю Господню предугадать невозможно».
   Оказалось, что «милость Христа» не в том, чтобы исцелить ее тело, а в том, чтобы дать ей понимание своего глубинного естества, которое выходит за пределы отождествления с телом. Она умерла легко и с благоговейной любовью. Ее исцеление было не менее чудесным, чем другие исцеления, которые я видел.
   В момент смерти от нее исходили только сияющая пустота и любовь. Она не цеплялась за жизнь и не торопила смерть. Она просто растворялась, как туман. Она была похожа на кристалл, тающий на открытом воздухе.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #16 : 04 Апрель 2017, 10:12:36 »
Эрика Джонг
БУДДА В УТРОБЕ
 
 Я знаю, мои кости – это всего лишь клетка для смерти.
Медитируя, я вижу свой череп, голову смерти,
Озаренным изнутри свечами,
Которые, возможно, являются солнцами других галактик.
 
Я знаю, что смерть – зто движение к свету,
Это счастливый сон, из которого не хочется пробуждаться.
Это возлюбленный, покинутый в стране,
Для путешествия в которую у нас нет визы.
И я знаю, что кони духа все скачут, скачут, скачут
За пределы времени,
Туда. где всегда СЕЙЧАС.
 
 Почему же я забочусь об этом Будде,
Вверх ногами плывущем через мир?
Почему я так забочусь о том,
Чьи двадцать пальчиков оживлены кровью,
Которая пропоет свою песню и умрет!
 
В моем черепе есть свет,
И свет есть в черепе его.
Мы медитируем на своих костях лишь затем,
Чтобы позволить им обратиться в прах
Без сожалений.
 
Плоть – это только урок.
Мы выучиваем его
И идем дальше.


Перед всеми стоит одна и та же задача: отказаться от привязанности к идее об отделенности и слиться с первоосновой. Похороны – это напоминание о том, что нужно уходить внутрь, позволять уму погружаться в сердце.
   хотя тело лежит здесь, сознание пребывает в другом месте. Работа над собой остается прежней: растаять в сиянии нашей подлинной природы, позволить сердцу распахнуться в любви, не замкнуться перед страхом, еще раз пережить свою ранимость и мимолетность.

Когда она открылась смерти, уменьшилось сопротивление боли и привязанность к телу. Поскольку она начала открываться свету, в те дни, когда она готовилась покинуть тело, у нее почти не было боли и замешательства. мы собрались вместе в молитвенной медитации, чтобы сказать ей напутственное слово и напомнить, что ее миссия на земле закончена, что ей теперь остается только сливаться с чистым бытием, доверяться свету, двигаться ему навстречу. Вместо того чтобы привязываться, оттягивать, цепляться, было только признание совершенства текущего мгновения.

   Пребывание вблизи тела умершего в течение четырех, пяти или восьми часов после смерти дает ни с чем несравненное понимание процесса умирания, позволяет пережить легкость парения сущности вне тела, прикосновение к глубинам чувства отделенности, к страданию нашей привязанности и доброму напутствию для себя и для других – идите навстречу свету.

Продолжайте жить. Вселенский путь остается тем же. И все же переменам нет конца.
   Здесь, в этом ясном состоянии сознания, в этом открытом пространстве непривязанности, в этой безграничной широте вневременного ума, осознайте пустотность ощущений и привязанности к телу. Постигните, что форма – это всего лишь пустота, а пустота – всего лишь форма; что форма – не что иное, как пустота, а пустота – не что иное, как форма.
   Чувства, мысли и предпочтения, которые кажутся нашими, даже само это сознание – все это возникает из той же самой глубинной пустоты. Каждое мгновение пусто, как первичная безграничность бытия.
   В этой безграничности бытия можно видеть, что никто не рождается и никто не умирает. В ней никто не чист и никто не запятнан. В ней никто не приходит и никто не уходит. Лишь тело возникает и распадается. Однако наша подлинная природа остается безначальной и бесконечной.

   В этой сияющей пустоте наша подлинная природа переживается за пределами формы, ощущений, мыслей и предпочтений. В ней нет глаз, ушей, носа, языка, тела, разума В ней нет даже возвышенных чувств. Все пребывает в этой глубинной пустоте, но ничто не объемлет собой пустоты.
   Продолжайте жить. Нет неведения и нет спасения. Нет также и того, от чего нужно искать спасение. Нет увядания и нет смерти. Нет страдания, причин страдания, прекращения страдания и даже освобождения, которые позволяют выйти за пределы страдания. Ведь наша подлинная природа лежит за пределами идеи об освобождении. Нечего достигать, некем быть, некуда идти. То, что мы называем жизнью, – иллюзия. То, что мы называем смертью, – всего лишь сон. Мы никогда не отделяемся от Единого. Природа Единого – это пустота. Природа пустоты – это любовь.
   Отдайте все. Не держитесь ни за что. Войдите в необъятное сердце, в котором нет ни иллюзий, ни грез. Откройтесь страху и не держитесь за старые привязанности. Хотя ничто в этом мире не отделено от целого, позвольте иллюзии отдельности войти в сияющий свет вашей подлинной природы, в котором пребывают вещи.
   Продолжайте жить. Не принимайте видимое за свет, в котором вы его видите. Выходите за пределы сомнений, за пределы разделения на «ум» и «тело» и осознавайте истину, какова она есть.
   Ушло, ушло, ушло далеко, ушло навсегда. Войдите глубоко в свет.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #17 : 04 Апрель 2017, 10:15:02 »
Махарши: Прежде чем думать о смерти, выясните, рождались ли вы когда-нибудь. Только тот, кто родился, может умереть. Во сне вы тоже ничем не отличаетесь от мертвеца. Что же страшного в смерти?
   Если человек считает, что он родится, он не может избежать страха смерти. Пусть он выяснит, рождался ли он, и вообще может ли «я» рождаться. Он осознает, что «я» существует вечно, тогда как рождающееся тело облачается в мысль, а появление мысли лежит в основе всех проблем. Выясните, откуда появляется мысль. Тогда вы будете пребывать в вечно присутствующем глубинном «я» и будете свободны от идеи о рождении и от страха смерти.

В ходе созерцания привязанность к телу прекращается. Эго исчезает. Сияет только «я».

М: Интеллект и эмоции представляют сознание тела и не более. Если вы есть тело, они привязываются к вам. Если вы не есть тело, они не имеют к вам отношения. Тот, кто недавно был во сне, в бодрствующем сознании говорит. Были ли вы в теле, когда спали? Находитесь ли вы в теле сейчас? Выясните это. Тогда проблема решится само собой.
   По аналогии с этим, то, что родилось, должно умереть. Чье это рождение? Рождались ли вы? Если вы говорите, что да, о чьем рождении вы говорите? Только тело родилось и только тело умрет. Как рождение и смерть могут повлиять на вечное «я»?
   Спрашивайте себя: «Перед кем возникают все эти вопросы?» Тогда вы все узнаете.

   Видите ли, «я» – это просто Бытие, а не пребывание этим или тем. Это чистое Бытие. Просто будьте – и тогда придет конец вашему неведению. Спрашивайте себя, кто подвержен этому неведению. Эго возникает, когда вы просыпаетесь ото сна. В глубоком сне вы не говорите о том, что спите, что собираетесь проснуться или что проспали уже слишком долго. Но все же вы там есть. Только проснувшись, вы говорите, что спали. Ваше бодрствование также включает в себя сон. Постигните свое чистое Бытие. Не путайте себя с телом. Тело – это продукт вашей мысли. Мысли будут продолжаться, как обычно, но вы не будете подвержены их влиянию. Ведь вы же не думали о своем теле, когда спали. Вы можете таким оставаться всегда.

   П: Влияют ли поступки человека на его последующие рождения?
   М: Вы рождены сейчас? Не знаете? Зачем же тогда думать о других рождениях? Истина в том, что нет ни рождения, ни смерти. Пусть тот, кто родился, размышляет о смерти и облегчении своей участи в следующих воплощениях.
   М: То, что родилось, должно умереть. Иллюзия возникает совместно с эго. Она приходит и уходит. Но Реальность не приходит и не уходит. Она остается Вечной.

Когда Рамана услышал свою любимую песню, его глаза открылись и засияли. На мгновение его лицо озарила улыбка неописуемой нежности. С внешних краев глаз по лицу потекли слезы блаженства. Еще один глубокий вдох, и его больше нет. Никакой борьбы, никаких судорог и других признаков наступления смерти. Просто следующий вдох больше не наступил».
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #18 : 04 Апрель 2017, 10:17:01 »
СТАДИИ УМИРАНИЯ

В процессе, через который мы проходим, сталкиваясь с потерей безопасности, нам не приходится больше искать уверенности в себе. Это может быть распад нашего устоявшегося представления о себе, отчаянная привязанность к старому, прежде чем появится новое. стадии потери, стадии умирания, имеют свои явные параллели со стадиями духовного роста, с хаотическими, зачастую болезненными изменениями, которым подвергается наше «я», когда мы устремляемся к целостности. Это мгновения отрицания, сопротивления текущему положению вещей и страх перед тем, что они не оказываются такими, какими, как нам кажется, они должны быть. Это мгновения отчаяния, мгновения раскрытия перед реальным положением вещей и появлением новых привязанностей.

   Эти стадии не должны восприниматься в целом как абсолютная реальность. Скорее, они должны использоваться как средство фокусировки внимания, как способ осознания непостоянства вещей, чтобы человек мог перейти от видения потока непрерывных изменений к пониманию их природы. Чтобы прикоснуться к живой истине других существ, чтобы разделить реальность того, что находится за пределами смерти.

   Открытие депрессии выводит нас за пределы депрессии подобно тому, как выход из ада выводит нас за пределы ада. Это первые проявления нашей способности преображать одиночество постоянно нарождающегося отдельного «я» в безграничность бытия. В бытии нет ни выхода обратно, ни стремления уйти еще дальше. В нем нет дуализма. Вы не чувствуете себя отделенными от жизни, вы открываетесь ей и окружаете себя ею. Здесь нет «никого» отделенного. Здесь «некому» открываться. Вы и есть открытость. Это довольно глубокий уровень состояния принятия.

   Умирая для стремления быть кем-либо вообще, мы входим в то, что есть.
На психологическом уровне смерть кажется нам чем-то внешним. Возможно, подлинное принятие начинается тогда, когда мы принимаем смерть внутри. При этом смерть оказывается не врагом, а великим учителем, который направляет нас к нашим страхам и побуждает нас работать с ним, а не под его влиянием. Предназначение смерти в том, чтобы научить нас относиться к жизни как к целому, а не как к какому-то опасному проявлению реальности, от которого мы должны убегать.

   Видя, что наш страх продолжает держать нас во тьме, мы принимаем его и тем самым позволяем своим защитным стенам рухнуть, чтобы перед нашим взором открылось новое пространство. Мы перестаем быть кем-то. Мы больше не кто-то умирающий, и поэтому мы входим в пространственность бытия, в которой есть место для всего. Мы принимаем смерть и переживаем целостность, которой всегда были.


НАПРАВЛЯЕМАЯ МЕДИТАЦИЯ НА УМИРАНИИ

   (Медленно мысленно повторять про себя)
   Найдите удобное положение и закройте глаза. Верните свое внимание на уровень ощущений в теле.
   Просто ощущайте тело, которое сидит здесь.
   Чувствуйте этот сосуд. Чувствуйте, чем он заполнен. Чувствуйте вес головы. Чувствуйте мышцы шеи, их силу и толщину. Их плотность. Чувствуйте длинные кости плеч и суставов, которые образуют руки.
   Чувствуйте вес своих предплечий, которые покоятся по обе стороны тела. И всех рук.
   Чувствуйте туловище. Его плотность, его весомость. Земное качество этого тела.
   И ваши ягодицы, которые покоятся на подушке или на стуле. Чувствуйте места их прикосновения, как они поддерживают ваш вес. Чувствуйте тяжесть гравитации на этой плотной форме.
   Не пытайтесь задержать ощущения. Просто позвольте им приходить, возникать в теле, в котором вы обитаете.
   Откройтесь для ощущений в ногах, почувствуйте их толщину, тяжесть. Чувствуйте твердость тела. Ног. Земли. Твердость. Вес.
   И переживайте ощущения, которые возникают здесь и там, в ладонях, на затылке, в ягодицах, на подошвах ног. Покалывание, вибрации, тепло, едва заметные ощущения, возникающие здесь и там.
   Чувствуйте все это и замечайте, как ваши чувства переживаются чем-то более тонким, чем эта грубая форма. Нечто более тонкое. Само осознание, кажется, переживает эти чувства в грубом теле, воспринимает эти покалывания и вибрации.
   Почувствуйте это более тонкое тело, это тело осознания в более грубом сосуде.
   Чувствуйте тонкое тело внутри грубого, тонкое тело, которое получает все переживания, приходящие к его органам чувств. Оно получает звуки через слух, проблески света через зрение, знает жизнь по тому, как она ощущается.

   Войдите в тонкое тело осознания.
   Следите за тем, как каждый вдох, входящий в плотное тело, переживается в виде ощущения легкого тела. Каждый вдох, входящий в плотное тело, содержит эту легкость, поддерживает баланс, который позволяет существовать телу осознания.
   Чувствуйте, как каждый вдох поддерживает эту связь.
   Позвольте осознанию стать очень чутким, очень внимательным, сосредоточьтесь на каждом вдохе, на каждом выдохе. Чувствуйте этот контакт между плотным телом и легким телом. Чувствуйте, как каждый вдох поддерживает легкое тело, пребывающее внутри.

   Переживайте каждый вдох и выдох: чувствуйте жизнь как процесс в этом теле.
   Только осознание и ощущения. Каждый вдох. Переживайте это утонченное равновесие, от мгновения к мгновению, как ощущение, как само осознание.
   Делайте каждый вдох так, словно он – последний.
   Переживайте каждый вдох так, словно следующего вдоха никогда не будет. Каждый вдох – последний вдох.
   Выдох кончается, а вдоха за ним уже нет. Последний выдох. Связь между тонким телом и грубым телом прервалась.
   Конец этой жизни, последний выдох.

   Отпустите. Не держитесь за него. Позвольте дыханию уйти, окончательно, навсегда. Не будьте привязаны даже к следующему вдоху.
   Отпустите. Позвольте себе умереть. Не держитесь. Не цепляйтесь за жизнь.
   Отпустите. Легко. Мягко. Позвольте всему уйти. Позвольте всему свободно парить. Позвольте себе умереть.

   Каждый вдох заканчивается. Каждая мысль растворяется в пространстве. Не держитесь. Отпустите раз и навсегда. Отпустите страх. Отпустите тоску.
   Позвольте себе умереть. Откройтесь смерти. Не за что держаться. Все, что было, прошло. Умирая, легко войдите в это мгновение.
   Не держитесь ни за что. Просто позвольте себе умереть. Отпустите мысли. Отпустите даже идеи о жизни и смерти. Отпустите полностью и сразу же. Легко войдите в смерть.
   Идите, сейчас. Умирая, войдите в свет. Парите независимо от этого тяжелого тела, независимо от своих мыслей. Это тело так тяжело. Каждая мысль так тяжела. А теперь выходите за пределы. Парите свободно. Далеко за пределами. Полная свобода.

   С открытым сердцем. Отпустите все то, что тянет вас вниз, что не пускает вас дальше. Забудьте свое имя. Оставьте свое тело. Откажитесь от своего ума. Просто свободно парите, не привязываясь, не цепляясь. Позвольте себе умереть, сейчас.
   Не бойтесь. Ни к чему не привязывайтесь. От мгновения к мгновению тонкое тело становится все более свободным. Продолжайте. Входите в свет. Освобождайтесь от плотного тела. Освобождайтесь от этого воплощения.

   Отпустите и войдите в свет. В чистое, открытое сияние своей подлинной природы. Просто в пространство. В пространство, парящее в пространстве.
   Полностью отпустите себя. Умирая, легко войдите в свет.
   Просто свет. Он парит в безбрежном пространстве. Свободно парит в бесконечном пространстве.
   Откажитесь от своего знания. Откажитесь от своего не-знания. Все, что приходит в ум, относится к прошлому. Каждая мысль – это просто старая мысль. Сейчас не к чему привязываться. Только ясный ум, растворяющийся в открытом сердце. Долгожданная свобода.

   Просто осознание, растворяющееся в свете. Свет, переживающий себя в себе.
   Пространство внутри пространства. Свет в свете.
   Полностью уходит. Безвозвратно уходит. Нет внутреннего. Нет внешнего. Только истина, только безграничное бытие в безграничном пространстве.
   Откройтесь ему. Освободитесь от тела, освободитесь от ума. Позвольте себе, умирая, войти в чистое пространство.
   Выйдите за пределы тела и мысли. Умирая, войдите в открытый свет своей изначальной чистоты.
   Безграничное пространство. Никаких границ. Только бытие, свободно парящее в безграничности.
   Откройтесь безграничному пространству. Огромному безграничному пространству.

   Пребывая в этом пространстве, замечайте, как что-то медленно приближается. Наблюдайте за тем, как ваше дыхание приближается, будто издалека. Наблюдайте, как оно входит в тело.
   Каждый вдох – первый. Каждый вдох – первый в жизни. Каждый вдох совершенно новый.
   Рождение. Сознание снова чувствует тело. Пространство в пространстве.
   Чистое осознание снова входит в чистую форму. Снова рождается.
   Осознание продолжается, от мгновения к мгновению, как всегда. Осознавайте то, что является дыханием жизни в другом теле.

   Снова эта легкость проникает в более плотную форму. Она снова рождается, чтобы выполнить свою карму, чтобы изучить то, что может быть изучено, чтобы разделить то, что может быть разделено. Чтобы быть с вещами, каковы бы они ни были.
   Нет рождения. Нет смерти. Нет жизни. Только чистое бытие. В теле. Вне тела. Только бытие. Бесформенность внутри формы.

   Нет жизни. Нет смерти. Только настоящее. Только то, что есть. Каждое мгновение ново.
   Войти в каждое мгновение полностью бодрствующим. Каждое мгновение столь драгоценно. Это все, что есть. Это все, что когда-либо будет.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #19 : 04 Апрель 2017, 10:18:41 »
ОСОЗНАННОЕ УМИРАНИЕ

   Отпустить последнее мгновение и открыться следующему означает сознательно умирать от мгновения к мгновению.
   Когда мы принимаем смерть внутри, жизнь становится светлой и приемлемой. Едва ли не самое замечательное в столкновении со смертью – это глубина, на которой она поглощает наше внимание. Если вы можете полностью пережить хотя бы одно мгновение бытия, вы найдете то, что всегда искали. Мы привыкли не обращать внимания на многие вещи, но смерть приковывает к себе наш взгляд.
   В некотором смысле весь этот разговор о смерти – уловка. Ведь все, что мы называем смертью, распространяется только на тело. Смерть угрожает нашему кажущемуся существованию только в той мере, в которой мы верим в эту угрозу. Она заставляет нас уделять внимание. Сосредоточиваясь на смерти, мы становимся полностью живыми. Ведь, где бы ни было наше внимание, где бы ни было наше осознание, там мы переживаем жизнь.

   Возможно, первое представление о процессе признания, открытия и отпускания, который мы называем «осознанным умиранием», мы получаем тогда, когда видим, что мы не тело. Это понимание постоянно находится в процессе развития. Мы видим, что обладаем телом, но тело – это не мы. С таким же успехом можно носить пальто, но не быть пальто. Пальто уважают за то, что оно есть данностью текущего момента, а также за то, что, принимая во внимание перспективу длинного зимнего путешествия к мудрости и любви, было бы неразумно потерять или порвать его. Но когда приходит весна, человеку больше не нужно пальто. Тогда он выбрасывает его или сдает в химчистку.
   Один парень как-то сказал, что постиг, что «является творением, которое постоянно меняется в процессе становления». Он видел совершенное раскрытие каждого мгновения, и при этом он не чувствовал ничего, что он должен делать. Он понял, что все его усилия, направленные на то, чтобы стать кем-то или чем-то, «только притупляли очарование того, что есть».

Стадии становления, нашего постоянного стремления кем-то стать, растворяются в бесстадийности чистого бытия. Это конец всех стадий. Это подобно тому, как вы входите в пустую комнату без стен и без дверей. Пробуждаясь ото сна, мы обнаруживаем, что никогда не спали (что сон также был всего лишь частью сна). Это есть выход за пределы сотворения и разрушения. Вы не являетесь ни танцором, ни танцем, ни даже площадкой, на которой происходит танец, ни музыкой, ни даже электронами и пустым пространством между ними, ни восприятием их, ни осознанием, что вы не являетесь одним их них, ни чувствами, которые возникают у вас в ответ на это осознание, ни даже состоянием «Я не знаю», в котором все это можно ясно увидеть. Вы понимаете, что вы не можете знать, кто вы, вы можете только быть собой.

   Когда мы отказываемся от старых мыслей, ощущений, моделей, концепций, старый мир растворяется, а на экране сознания от мгновения к мгновению начинает формироваться новый мир. Это не привычный старый потертый кинофильм, который до сих пор заменял нам истину. И хотя поначалу мы страдаем из-за его потери, потери того, что так хорошо знали, – скоро мы отказываемся от ложной безопасности и страданий, которые определяли нашу воображаемую территорию тела и ума. Новое появляется, когда мы открываем в себе более глубокие уровни своего «я не знаю». Мы больше не стремимся стать кем-то или чем-то. Мы просто открываемся всему. Мы больше не становимся, а просто пребываем.
   Смерть тела сопровождается меньшей агонией, чем смерть эго, отдельного «я». Смерть «я» – это отрыв всего, что нам кажется незыблемым, разрушение стен, которые мы построили для того, чтобы за ними прятаться. Когда мы отказываемся от стереотипов, которые постоянно присутствуют в страдающем уме, может возникнуть головокружение и тошнота. Это подобно выходу из крохотной пещерки на горный склон, с которого открывается живописная панорама Гималаев. Это означает смерть всего, чем мы привыкли себя считать, всех мыслей и проекций, которые так сильно привлекали нас в прошлом и обещали сделать из нас кого-то в будущем. Всему этому нужно позволить умереть в потоке уходящей жизни.

   Когда мы позволяем умереть всему, чем мы себя воображали, все вокруг видится по своей природе пустотным, непостоянным. И мы переживаем мимолетность отдельного «я», к которому так долго были привязаны. Когда мы видим природу этой мнимой отдельности, мы понимаем, что в действительности нет того, кто умирает, и что только иллюзия нашей отдельности перерождается снова и снова. Тогда, если возникает одиночество, тревога или страх, мы осознаем их как стремления, которые сопровождают нас из воплощения в воплощение. Все видится нам как приход и уход. Нам кажется, что мы впервые внимаем мудрости и состраданию Будды или Иисуса – нашей подлинной природы.

Когда ум и сердце сходятся воедино в своей любовной капитуляции и ясном принятии того, что есть, – только тогда осознанная смерть оказывается возможной. Наблюдая процесс, который мы всегда по ошибке принимали за «я», мы видим, что все возникающее уходит, заканчивается и сменяется следующим мгновением – что даже само время постоянно умирает.   

Она поведала о том, что ей показалось, что она приближается к смерти. И когда она открыла свое сердце в молитве, она почувствовала, что движется в великом туннеле, который скоро закончился, и она оказалась на широкой золотистой ладони. Впервые за несколько месяцев она не чувствовала боли, и вот, полежав на ладони и насладившись спокойствием, она подумала, что, должно быть, разленилась, если до сих пор не посмотрела по сторонам. Тогда она стала на четвереньки, выглянула за край ладони и увидела то, что ей показалось бесконечным звездным небом. Она сказала, что ее взгляду открылись десятки тысяч мерцающих звезд и что каким-то образом она близко знала их все и, фактически, была еще одной такой звездой. Она не знала, как такое возможно; она знала только, что это так. Одна из звезд приблизилась, и это был Иисус, затем вышла другая, и это был Рамана Махарши. Затем каждая из этих звезд снова вернулась на звездное поле и стала такой же, как и все остальные. В этот момент, по ее словам, она поняла, что природа всех вещей одна. после этого переживания она преисполнилась чувством, что смерть – это «ничего особенного».

Она просто доверяла мгновению, ничего не ожидая от него. В ней осталась только капитуляция перед Богом, только мягкость и открытость всему, что могло случиться. Все, что мы воображаем, теряется в умирании: личность, наше чувство истории, наши цели, представления и модели уходят, и только сознание остается. С каждым днем она становилась все более прозрачной. Доверие и терпение.

во всех таких историях о «сознательном умирании», каким бы идеальным оно ни было, иногда наступает время, когда старый ум дает о себе знать. Даже у больных, которые достигли значительной ясности, часто бывают мгновения замешательства. Бывают ситуации, когда ум замыкается на каких-то страхах или желаниях. Однако прощение себя и светлая грусть по поводу неконтролируемости событий позволяют вскоре справиться с уплотнением ума и снова вернуть чувство пространственности.


   Внезапно на меня снизошел великий покой. Мои ценности сильно изменились: покинуть тело мне показалось совершенно уместным, и не было никаких оснований сопротивляться или привязываться. Я чувствовал себя так, будто вспомнил то, что забыл, когда родился. После этого давление в груди показалось мне совершенно естественным. Я понял, что оно делает именно то, что должно было делать: выталкивает меня из тела. Прекрасно! Смерть теперь уже не была угрозой. Фактически, она стала еще одним бессмысленным пузырьком в потоке изменений и несла в себе чувство радостного ожидания. Казалось, она говорит мне: «Зачем оставаться в теле? Как ты мог быть настолько глупым, чтобы держаться за него? Все пребывает в совершенстве!» Меня переполнило понимание того, что все таково, каким оно должно быть. В свете этого понимания я перестал относится к боли и давлению как к врагам, а увидел в них друзей. Это было очень приятно. Это не противоречило моим намерениям, а вполне соответствовало им. Приоритеты изменились: «Пусть это случится, продолжай, продолжай, пусть все будет так, как оно должно быть!» Боль по-прежнему присутствовала, но раскрытие было грандиозным. Я не цеплялся больше за жизнь. Моя жизнь простиралась за пределы тела. «О, это так и должно быть; все случается идеально!» И снова я услышал в своем сердце голос Робин, которая сказала: «А теперь пришло время перестать быть Робин и стать умирающим Христом», – и тогда переживание стало не похоже даже на отождествление с тем, кто умирает, со мной или с ней; это был просто совершенно развивающийся процесс. Теперь я чувствовал себя не телом, а кармическим узлом, процессом в его следующей совершенной стадии, сознанием, выходящим из сосуда, смертью, которая есть лишь еще одна часть жизни. Тишина.

Я всегда удивлялся фотографиям умерших в Освенциме, потому что у них на лице не было страданий. Это был феномен, который раньше я не мог понять, но теперь он показался мне очевидным: в какое-то время – возможно, за мгновение до того, как жизнь покидает тело, – ими постигается совершенство происходящего. Фактически, это переживание может быть очень распространенным. Возможно, даже те, кто был очень сильно привязан, в момент смерти встречаются с совершенством и бесстрашием.

   …Отказавшись от всех своих идей о смерти – даже о «сознательной смерти», – она отошла в сияющую истину.


Такие люди заканчивают свои дела в каждое мгновение. Они проживают свою жизнь, как выразился Судзуки роси, «не оставляя следа».
   Именно эта жизнь без следа, это постоянное умирание для всего происходящего, позволяет нам каждый вечер отходить ко сну с той бесстрастностью и полнотой, которую Дает осознание, что делать больше нечего и ничто не осталось недоделанным.

Смерть часто позволяет нам проявить лучшее, что в нас есть. Для многих жизнь, прожитая в стремлении к истине, оказывается не напрасной.

   …Но она поддерживала свою открытость, свое «Я не знаю», и позволяла таким мыслям свободно парить в теплоте и терпимости сердца. Она просто продолжала открываться единству, которое включало в себя жизнь и смерть. Когда у нее возникал страх, она встречала его со смирением и готовностью, дававшими простор для дальнейшего роста. В ней практически не осталось сопротивления.
как заметили окружающие, у нее уже не было личности. Шло время, и она раскрывалась все больше и больше, уподобляясь пространству. Она была подобной процессу, происходящему в осознании, которое неделимо. Кто-то сказал о ней: «Она больше не существительное, она глагол».

   Через день или два в окружении друзей она родила сама себя. Она была подобна пространству, растворяющемуся в пространстве. Не было ни малейшего ощущения подталкивания или оттягивания. Казалось, она сама в недоумении наблюдает весь этот процесс. «Комната, казалось, была заполнена любовью и безмятежностью. Каждый молчаливо переживал безмятежность. Пам спокойно перестала дышать и выскользнула из тела. Слеза прокатилась по ее щеке, и она ушла». Это было покиданием временной формы, переходом.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #20 : 04 Апрель 2017, 10:20:29 »
КТО УМИРАЕТ?
 
Мы все помешались в тюрьме —
Слишком долго живем мы в теле.
 
 И в день своей смерти
Махараджи прошептал:
«Сегодня меня навсегда выпускают
Из центральной тюрьмы на
Свободу».
 
 Но мы не живем в теле,
А тело живет в нас;
В своей жизни оно зависит от нас
(А не мы от него).
 
Иисус сказал:
«Аз есмь свет».
Все мы.
Вечносияющий.
 

МОМЕНТ СМЕРТИ

   Наблюдая за многими нашими больными, когда они умирали, мы пришли к выводу, что момент смерти – это чаще всего мгновение великого покоя. Как правило, даже те, кто приближался к смерти в тревоге, перед смертью переживают раскрытие. Это напоминает смерть Робин, во время которой она, казалось, вспомнила то, что было давно забыто. Отношение к смерти, к выходу из тела, надо полагать, меняется в мгновения, предшествующие смерти. Каким-то образом человек чувствует, что все будет хорошо. Ум и сердце постепенно становятся одним целым. Один человек, который умер, а затем вернулся, чтобы рассказать нам о смерти, выразился так: «Смерть полностью безопасна».

   Видя легкость, с которой люди способны умирать, я склонен относиться к моменту смерти с великим доверием, позволяющим в еще большей мере «не знать». Судя по всему, перед самой смертью многие возносятся из ада на небеса, переходят от сопротивления к великодушной легкости и уплывают.

   Мы можем только догадываться о том, что такое смерть. Однако в тибетской буддистской традиции развита сложная технология переживания смерти. Некоторые медитации призывают человека познакомиться с этим ценным мгновением, практиковать умирание как средство глубокого переживания того, что лежит в основе заблуждений нашей жизни. Умирание дает возможность получить понимание того, как автоматические и, по существу, безличные процессы ума ошибочно принимаются нами за отдельное «я», за то, что мы можем потерять, за то, что мы должны защищать от смерти

   Такие медитации дают почувствовать процесс растворения, который является главным физическим переживанием в переходе, называемом нами смертью. Создается впечатление, что смерть – это таяние, растворение. Каждая стадия, кажется, способствует дальнейшему растворению. Границы становятся все менее очерченными. Внутреннее и внешнее становятся одним целым. Умирание – это постепенный процесс отхода.


…Чувство легкости, словно поднимающегося вверх тепла, становится основным в сфере внимания. Оно переходит в чувство растворения во все более и более тонкое пространство.
   Когда элемент воздуха растворяется и переходит в собственно сознание, появляется ощущение безбрежности. Выдох становится более длительным, чем вдох, и в конце концов растворяется в пространстве. Нет больше ощущения тела или его функций, а есть только чувство расширения и соединения с пространством, растворения в чистом бытии.

   Следует отметить, что каждая стадия сопровождается уменьшением субстанциональности, размыванием очертаний. Человек получает все меньше ощущений извне, но все больше чувствует безграничность внутри. Смерть или процесс умирания, надо полагать, сопровождаются у него ощущением расширения за пределы самого себя, растворением всех форм и переходом в недифференцируемое состояние.
По мере того как элемент воздуха и энергии расширяется и превращается в собственно сознание, тепло как бы растворяется, утекает в широту пространства.

   Очевидно, затем человек приходит в точку, в которой все испаряется из тела и тело остается позади. Все переживают превращение элементов в порождающую их энергию. Их отдельные качества твердости, текучести, температуры и потока не являются больше доминирующими, и присутствует только свободное парение сознания. В течение нескольких мгновений осознание сияет ярче тысячи солнц, и есть переживание реальности, из которой возникает все сотворенное. Длительность переживания света, кажется, длится у разных людей разное время. Возможно, она зависит от желания открываться истине, доверия к ней и почтения, которой они ее окружают.
Обучение умиранию – это обучение растворению прошлых привязанностей к этому мгновению; это готовность к тому, что последует, это непривязанность. Каждый день, каждое мгновение мы учимся умирать, растворяться в океане чистого бытия.

«Тибетская книга мертвых» –посвящена созерцанию и возможности мудрого переживания посмертных состояний. Длительная подготовка сводится, в частности, к тому, чтобы не теряться даже при самых необычных обстоятельствах. Постоянно напоминая, что наблюдаемое есть наблюдающий, что все видимое человеком является проекцией его воображаемого «я», что он видит только свой собственный ум, трактат пытается освободить его от привязанности к старым желаниям и чувству отделенности, которые порождают страх и необходимость защищаться. Трактат призывает человека слиться со своей изначальной природой, отказаться от ложного и проникнуть в реальное

   С этой целью состояния сознания отождествляются с астральными существами, которые представляют собой средства достижения более высоких, чем жизнь, состояний, изображая их в виде ангелов или демонов с одеяниями характерных цветов, орнаментов и оттенков. Состояния персонифицируются, и тогда сострадание становится светящейся фигурой Авалокитешвары, страх предстает в виде окровавленного шестирукого демона-воина, а способность пробиваться сквозь нагромождения иллюзий принимает обличие Манджушри, вооруженного мечом мудрости. Эти образы служат для освобождения от отрицательных эмоций. Но нам не знакомы с детства эти образы и символы. Они не представляют наших чувств так, как они представляют чувства тибетского монаха. Возможно, для западного ума эти качества лучше описать как любовь, страх, ревность, зависть или признание бессознательных тенденций, которые порождали привязанность и замешательство, подчеркивали страх и сомнение.

   Принятие состояний сознания от мгновения к мгновению, постоянное отслеживание всех чувств и мыслей по мере их возникновения – все это позволяет достичь практически того же, что и визуализация тибетских образов. Возможно также, что такое принятие лучше подходит для западного ума. Открытие этим состояниям позволяет человеку выходить за их пределы, проходить через проявления ума, не давая себе зациклиться на них или отождествиться с ними.
   Фактически, если после покидания тела ум продолжает творить свой мир, если мы действительно сталкиваемся с тем, к чему мы были привязаны в жизни, мы, возможно, увидим не Авалокитешвару, а Мать Терезу или своего друга, который когда-то помогал нам.

   Вместо того, чтобы быть демоном, преграждающим нам путь, может случиться так, что гнев примет обличие нашего земного врага – одно из наших незаконченных в прошлом дел. Мудрость может проявиться в виде духовного учителя, которого мы знали. Ревность и зависть могут прийти к нам как зеленоглазый человек, которого мы любили много лет назад, но который предал нас. Страх может стать великим змеем, который угрожает проглотить нас. И все же притягательность или отвратительность этих образов будет одинаковой, независимо от того, одеты ли они в тибетские одеяния или же в привычные нам одежды, которые старый ум спроецировал на них из глубины воображения. Фактически, и перед нами, и перед тибетскими монахами стоит одна и та же задача: принять происходящее, открыться ему без малейшей привязанности или сопротивления и отпустить его с тем, чтобы мы могли видеть далеко за пределами привязанностей, целей и опасений ума.
   В это мгновение или в мгновение смерти мы должны делать одно и то же: выходить за пределы иллюзий к истине, сливаться с Вечносияющим.

Тем, кто думает о себе как о теле, есть что защищать. Но тем, кто отождествляет себя с духом, нечего бояться тигра или красноглазого демона. Чистому бытию нечего бояться; страх нам причиняют только представления о себе, ведь нам приходится их защищать.
Если вы постоянно ищете безопасности, как вы будете вести себя в незнакомой обстановке, в которой вас может поджидать любая опасность? Где вы найдете себе прибежище?

   В какой мере вы можете сделать то, что вы считаете собой, объектом, а не субъектом восприятия, принимая все, что возникает, в качестве мимолетных феноменов? Если вы понимаете, что являетесь пространством, в котором все происходит, вы привносите эту пространственность во все, что вас ждет в будущем.

   Сущность, которая, как утверждают некоторые, покидает тело после смерти, одними называется «душой», другими «кармическим узлом», а третьими «элементом сознания». Как бы мы ни называли ее, важно исследовать ее непосредственно, а для этого нужно оставаться открытым во время разрыва ее связи с телом. Важно поддерживать в себе «я не знаю» и оставаться открытым для того, что продолжается, – речь идет не о «ком-то», а об энергии, из которой построена эта ментальная личность

   Когда мы спим, спящее сознание говорит, что бодрствующее состояние ложно и что реально только оно. Но когда мы пробуждаемся, мы смотрим на наши сны и думаем: «Только этот мир существует, а тот, что снился, нереален». Но если и то, и то признается как мимолетное состояние сновидения, в которых все, что кажется реальным, на самом деле обладает только относительной реальностью, мы можем открыться для каждого перехода как для процесса и отпустить «я», которое держит в плену реальность. Переживание реально в той мере, в который мы воображаем реальными себя. Когда вы начинаете исследовать самовосприятие, вы приходите к истокам сознания. Вы переживаете то, из чего возникает идея о «я», о «ком-то», кто может умереть, родиться, достичь просветления и так далее. И тогда ваше привычное «я» теряет свою убедительность и просто парит в безграничности истины.


   Во многих традициях говорится, что процесс, называемый нами умиранием (третья и четвертая стадия), не только не страшен, но и приятен. Это подтверждается свидетельствами тех, кто пережил клиническую смерть, но в конце концов остался жить.

   Один человек сказал, что умирание напоминает снимание с ноги тесной туфли. В момент умирания, один раз в жизни, человеку предоставляется уникальная возможность увидеть свое осознание как ясный свет. Эта возможность дается в момент выхода из тела и может быть использована для преодоления иллюзии «Я есть это тело и ум». Когда мы покидаем тело, у нас есть шанс увидеть, как ум порождает мир, как мир существует в нас, а не мы в мире. Ум привязан к мышлению и воспринимаемому органами чувств и настолько отождествляется с этим, что каждое мгновение чувственного переживания продолжает вращать для него Колесо Становления. Но в момент смерти вы оказываетесь без тела с его органами чувств, и все же вы существуете! Это напоминает сон. Во сне вы не видите глазами, не слышите ушами, не обоняете носом, однако переживания в сознании продолжаются. Бывает также, что некоторые сны оказываются столь сильными, что меняют вашу жизнь. Таким образом умирание позволяет нам увидеть безграничность света нашей подлинной природы, открывающейся лишь на несколько мгновений. И видеть, как отождествление с такими мыслями, как «Я не есть этот свет», с такими чувствами, как сомнение, не могут дать нам пройти через простейшие переживания бытия.

   «То, что присутствует сейчас, будет присутствовать тогда». Ваша трудность в открытии свету прямо пропорциональна вашей способности войти в открытые объятия Иисуса, в сострадание Будды, если они встретятся вам после смерти. Именно наше нежелание отказаться от наших привязанностей держит нас в тени.

   Когда есть гнев, страх или чувство вины, открываетесь ли вы ему и даете ли вы ему пространство? Или же вы сжимаетесь, тем самым усиливая эти чувства и позволяя им окрашивать свои будущие переживания: делая еще один вклад на счет своих «кармических займов и сбережений».

   Даже те, кто говорят о своих переживаниях ясного света во время клинической смерти, редко понимают, что этот свет и есть их подлинная природа, их глубинное бытие. Они оказываются испуганными или подавленными этим светом. Я ни разу не слышал, чтобы кто-то говорил, что он или она стремились слиться с ним, отпустить все, что их разделяет, включая удовольствие свободно парить без тела и ума. Все это настолько ценно, что мы не мыслим свою индивидуальность без этого. «Переживающий» не растворяется в переживании. Эту ситуацию можно сравнить с ситуацией, когда эго, желающее присутствовать на своих похоронах, похоже на денди, который всю жизнь проводит перед зеркалом. Но просветление – это полное и окончательное упразднение иллюзии отделенности. Мы просто становимся теми, кем всегда были. И тогда поверхностное становление прошлого растворяется в свете глубинной реальности.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн Дельфин*

  • Администратор
  • Почётный Хранитель
  • *****
  • Сообщений: 8547
  • Положительные отзывы 2007
Re: Сквозь смерть
« Ответ #21 : 04 Апрель 2017, 21:42:39 »
 2365896551423

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #22 : 14 Апрель 2017, 23:29:10 »
НАПРАВЛЯЕМАЯ ПОСМЕРТНАЯ МЕДИТАЦИЯ
   (Медленно читать или мысленно повторять про себя)

   Вообразите, что в вашем теле нет больше силы и энергии, чтобы поддерживать его связь с источником жизни, с телом осознания внутри. И вообразите, что вы начинаете переживать процесс растворения за пределы тела. Постепенно элемент земли начинает таять. Чувство твердости уходит, переплавляется в элемент воды, приобретает текучесть. Края менее очерчены. Элемент воды растворяется, превращается в элемент огня. Ощущения тела больше не различаются, они тают, оставляя после себя только пространственность. Растворение за пределы тела. Оставление этой более твердой формы позади. Перетекание в самосознание. Только пространство, парящее в пространстве.
   Друг мой, слушайте, ибо пришло то, что называется смертью. Поэтому легко, легко отпустите то, что держит вас. То, что не дает вам прикоснуться к этому бесценному мгновению. Знайте, что сейчас вы приблизились к переходу под названием смерть. Откройтесь ей. Войдите в нее.

   Замечайте изменяющиеся переживания ума, когда он отделяется от тела и растворяется.
   Растворяется в сферу чистого света. Ваша подлинная природа светится везде вокруг вас.
   Друг мой, ясный свет вашей подлинной природы проявляется в освобождении от этой грубой формы. Войдите в сияние этого света. Приближайтесь в нему с почтением и состраданием. Вместите его в себя и станьте тем, кем вы были всегда.
   Друг мой, сохраняйте открытость сердца, пространственность бытия, которая ни к чему не привязана. Позвольте вещам быть такими, каковы они есть без малейшего вмешательства. Не отталкивайте ничего. Не цепляйтесь ни за что.
   Войдите в подлинную природу своего бытия, которая лучится везде перед вами, в великое сияние. Отдыхайте в бытии. Знайте его, каким оно является. Этот свет горит, сверкает. Это ваше подлинное «я».

   Друг мой, в это мгновение ваш ум есть чистая светящаяся пустота. Ваш подлинный ум, первооснова бытия, сияет перед вами. Его природа в сострадании и любви, она вибрирует и лучится.
   Это свет, сияющий из открытого сердца Иисуса. Это чистый свет Будды. Подлинный ум есть неделимая светимость и пустота в форме великого света. Не привязываясь ни к чему, войдите в эту пустоту. Растворитесь в свете вашего подлинного естества.
   Отпускайте, мягко, мягко, без малейших усилий. Перед вами сияет ваше подлинное естество. Оно без рождения, без смерти. Это бессмертный свет, сияющий в глазах новорожденных. Узнайте его. Он Вечносияющий.
   Отпустите все, что отвлекает или вводит в заблуждение ум, все, что делает жизнь плотной. Войдите в вашу неделимую природу, которая сияет перед вами. Вы всегда были светом, который сейчас предстал перед вами.
   Мягко войдите в него. Не бойтесь его и не приходите в замешательство. Не отстраняйтесь в страхе от великолепия вашего подлинного естества. Пришло время освобождения.

   Друг мой, слушай очень внимательно, потому что, услышав эти слова во время перехода, вы сможете освободиться от привязанности, которая причинила вам столько страданий в прошлом.
   Эти слова могут освободить вас от недоумения, которое может у вас возникнуть, от иллюзий отдельности, которые вам казались такими ценными в ходе прошедшей жизни.
   Слушай меня, не отвлекаясь, ибо наступило то, что называется смертью. Вы не одиноки в том, что покинули этот мир. Это случается с каждым. Не привязывайтесь к телу, которое вы только что оставили позади, и не пытайтесь вернуться в него. Вы не можете больше жить в нем. На самом деле, если вы будете пытаться вернуться в эту жизнь, вам это не удастся, вы только запутаетесь в иллюзиях ума. В чудесных панорамах, которые не существуют. Вы только создадите нереальные ужасы. Откройтесь истине. Доверьтесь своей великой природе.

   Друг мой, если свет померкнет или вы почувствуете слабость, осознайте, какая тоска нависла над нами. Свет единого ума сияет перед вами. Это сияние целостности бытия, прежде чем оно разделилось на десять тысяч отдельных мысленных образов и личных предпочтений. Это свет единства, лежащий в основе всех вещей.
   Сливайтесь с ним, отпускайте все, что отделяет вас от него. Это свет, чье чистое сияние есть истина.
   Не позволяйте старым привязанностям делать эту открытость далекой и пугающей, не считайте реальными десять тысяч прекрасных и десять тысяч ужасных образов, которые рождаются в вашем уме. Не заблуждайтесь и не смущайтесь.
   Чувствуйте, что какие бы образы ни появлялись между вами и этим светом, это всего лишь иллюзорные проекции ума и проявления старых желаний и устремлений.
   Теперь, по достижении этой важной точки, не привязывайтесь к спокойным и возбужденным состояниям сознания, которые вы так часто переживали в прошлом. Позвольте себе великодушно отпустить любое сопротивление, которое держит вас.
   Пришло время не держаться ни за что, растаять и слиться со светом вашей подлинной природы. Растайте, растворитесь в сиянии бытия.

   Наблюдайте за всем из глубины своего сердца, желая великой радости освобождения всем формам, которые появляются и исчезают перед вами.
   Идите вперед. Не останавливайтесь в уме. Позволяйте всему возникающему идти своим чередом.
   Наблюдайте за каждым образом в отдельности. Помните, что каждый из них является всего лишь проекцией ума, что он только кажется независимым, существующим вне вашего сознания. Но это всего лишь пустая тень. Сны ума накапливаются воплощение за воплощением.
   Не позволяйте ничему отвлекать вас. Не позволяйте ничему уводить вас прочь от света вашей подлинной природы.

   Друг мой, когда тело и ум отделены, ясный свет начинает сиять с такой силой, что старые страхи могут заставить вас отстраниться от него и начать искать укрытия от его невероятного сияния.
   Не позволяйте страхам и привязанностям прошлого вести себя. Не теряйтесь и не падайте духом в этот драгоценный момент. Перед вами сияет естественный свет бытия. Признайте его. Войдите в него.
   Из этого света могут доноситься необычные звуки. Это могут быть тысячи ударов грома, рев десятков тысяч львов. Все это великий звук вашего подлинного естества.
   У вас больше нет физического тела, которое вы так часто принимали за свое подлинное естество. Теперь у вас есть только то, что можно назвать ментальным телом. Это сияющее тело осознания, которое переживает мысли так, словно это внешние объекты. Бессознательные тенденции, которые управляли вами в течение всей жизни, могут создать целые миры удовольствий и ужасов, если ваш ум не обретет покоя в своей подлинной природе.
   Познайте себя чистым бесконечным осознанием бытия. Самой сущностью истины. Доверяйте этой истине, не позволяйте уму омрачить ее.

   У вас нет физического тела из плоти и крови. Звуки, цвета, свет и ментальные проекции не могут причинить вам вреда. Фактически, вы не можете умереть, ибо так называемая смерть уже случилась с вашим телом. А сейчас вы движетесь через сферы между рождениями.
   Не привязывайтесь к своему старому страху перед повреждением тела в этих сферах за пределами жизни. Хотя тело отошло, в уме еще может быть страх смерти. Постигните иллюзорность подобных мыслей.
   Старые страхи. Старые привязанности. Уходите. Уходите во свет. Переживайте раскрытие в пространство и любовь. Не держитесь ни за что.
   Растворяясь, входите в свет, который сияет в божественном сердце Иисуса, в широкой брови Будды. Входите в сияющую истину.

   Признайте звуки и свет просто как состояния сознания. Смотрите на них, как на мерцающее пламя, которое постоянно меняет свои очертания и форму, которое существует одно мгновение и сразу угасает, которое имеет плотность и субстанцию. Не бойтесь. Будьте подобны мотыльку, позвольте сиянию вашей подлинной природы привлечь вас. Вот оно, сияет повсюду перед вами.
   Друг мой, если вы испуганы и отстранились, вы можете продолжить свои скитания, позволив Единому снова стать множественностью. Вы можете снова надолго забыть о своей великой природе.
   Если вас искушают пролетающие мимо проекции ваших сексуальных желаний или пугают образы старых страхов, вы можете устремиться за удовольствием к тусклому свету, который кажется очень привлекательным, который обещает великое удовлетворение. Знайте же, что только ярчайший свет – ваша глубинная природа. Входите в него. Позвольте себе стать тем, чем вы всегда были.

   Друг мой, по мере того как проходят дни, образы, возникающие в вашем уме, могут меняться. Эти образы являются элементами вашего ума, которые возникают перед вами. Они могут казаться все более сияющими или светящимися по мере своего приближения. Отпустите все, что призвано защищать вас, что углубляет вашу отдельность, что привязывает вас к форме, к телу, к тому, чем нужно дорожить.
   Внутри каждого мгновения, внутри каждого объекта, пребывает Единый.
   Если, как в прошлом, когда вам нужна была защита, у вас возникает негодование и страх, осознавайте эти препятствия на пути к вашей глубинной свободе. Откажитесь от агрессии и боязни. Это всего лишь мимолетные настроения, которые, как облака, проплывают в безграничном небе восприятия.

   Не увлекайтесь удовольствиями, удовлетворяя свои старые привычки, а мягко и с великим состраданием осознавайте тяготение старых чувств и желаний, которые отвлекают ум от света. Мягко отпустите все то, что отделяет вас от безграничности бытия.
   Осознайте, что все мысли, виды и чувства являются эманациями ума.
   Откажитесь от ложного знания. Откажитесь от старых моделей или предрассудков. Слейтесь с самим собой. Откройтесь целостности бытия. Все, что вы видите, неотделимо от вашего ума. Растворяясь, войдите в это единство. Станьте сущностью всего, что есть. Чувствуйте себя за пределами проявлений ума, за пределами самой формы. Не цепляйтесь больше за старые привязанности к удовольствиям и страданиям, позвольте своему уму погружаться в чистый свет и наслаждаться им, без напряжения, без сопротивления.

   Когда знающий сливается со знанием, все, что остается, – это осознание, это само бытие. Когда отдаленность растворяется, остается только свет.
   Не позволяйте старым желаниям снова затянуть вас в трясину постоянных неконтролируемых перерождений, постоянного становления. Позвольте своему уму быть мягким и открытым. Доверяйте чутью истины, которое присуще вашему сердцу.
   Не отчаивайтесь, скитаясь по этим сияющим мирам, которые так сильно отличаются от того, что вы привыкли видеть на земле. Вы есть сама сущность вашего осознания.

   Постигните себя как осознание, постоянно присутствующее в вас, переживающее все, что появляется в восприятии.
   Если у вас появятся видения, чувства, влекущие вас в прошлое, знайте, что все эти отдельные инциденты подобны игре теней в едином уме, светящиеся эманации которых движутся вокруг вас. Слейтесь с пространством, которое содержит в себе все формы, которое бесконечно светится и лучится.
   Если вы не слились со светом бытия и, после многих скитаний, чувствуете стремление снова воплотиться, внимательно выберите для себя хорошее рождение, в котором вы проявите открытость, ведь вы теперь понимаете, что это главное. Вспоминайте первооснову бытия, чтобы не оказаться заброшенным в новое рождение без осознания. Оставайтесь пробужденными и внимательными. Позволяйте своему сердцу переживать великое сострадание. Будьте в полной мере терпимыми. Наблюдайте за тем, как старые тенденции увлекают вас, пытаются втянуть вас в действие. Принимайте их за то, чем они являются, просто за облака, плывущие в бездонной пространственности вашего подлинного ума.

   Друг мой, вы теперь видите, что смерти не существует. То, что вы есть, само ваше осознание, в своем существовании не зависит от тела.
   Друг мой, то, что вы видите, это спонтанная игра ума. Поэтому отдыхайте в своем возвышенном состоянии, освободившись от деятельности и заботы, освободившись от отделенности и страха. Почивайте в бессмертии своей великой природы, освободившись от суждений и дуализма, который рождает забвение бытия. Войдите в великую пространственность бытия, на которую не воздействуют мысли о далеком и близком, о внешнем и внутреннем. Не поддавайтесь больше на отвлечения и не рождайте сопротивления. Вернитесь в свою подлинную природу, в безграничность, в сияние, в пространство.

   Друг мой, все то, что вы видите вокруг себя, – это ваши удовольствия и страдания, ваши воспоминания и желания, каждое из которых дает шанс для великого пробуждения. Замечайте свое желание контролировать и болезненное сжатие, которое они вызывают. Откажитесь от завершенности, воспользуйтесь этой прекрасной возможностью.
   Свободно парите в безграничной пространственности. Ваша приверженность истине поможет вам.
   Осознайте все возникающие образы, большие или малые, красивые или безобразные, только как движения ума. Не позволяйте прекрасному телу, прекрасному голосу, прекрасной статуе, прекрасному дому – или чему бы то ни было другому, что желание создает вокруг вас, – отвлекать вас от пути сияющего света, который мерцает перед вами.
   Преданно и великодушно двигайтесь навстречу свету. Станьте чистой безграничной пространственностью, в которой продолжается течение.

   Друг мой, много дней прошло с тех пор, как вы покинули тело. Постигайте вездесущую истину и продолжайте свой путь к прибежищу, которым является пространственность вашей подлинной природы. Знайте, что сострадание и любовь всегда сопровождают вас. Вы есть первооснова всех вещей. Вы есть свет.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #23 : 14 Апрель 2017, 23:34:03 »
КОНЕЦ ИГРЫ

   Один человек сказал: «Смерть – это всего лишь изменение стиля жизни», – это возможность увидеть причину страдания и привязанности, открыть путь к нашей изначальной целостности. Смерть дает возможность увидеть жизнь в перспективе. Это великий дар, который, если он получен в любви и мудрости, позволяет растворить привязанности ума и освободить путь к истине. Тогда мы становимся светом, который входит в свет.
   Уолт Уитмен писал:
 
Все идет вширь и вдаль,
Ничто не прекращает быть,
И умереть – это совсем
Не то, что думают,
А намного счастливее.
 
   Когда Будда умирал, его последователи спросили у него, как им продолжить практику после его ухода. Он сказал: «Будьте светильником для самого себя».
   А в «Лотосовой сутре» есть следующие слова Будды: «Вот как должно мыслить об этом мимолетном мире: звезда на заре, пузырек в ручье, вспышка молнии в летнем облаке, мерцающая лампа, фантом, сон».

УМИРАНИЕ ДОМА

   Очень важно, чтобы у изголовья кровати больного был кассетный магнитофон, позволяющий слушать музыку и направленные медитации, которые вдохновляют на исследование и отпускание. Если вы говорите с человеком об отпускании и исследовании смерти в два часа пополудни, когда он чувствует себя лучше всего, он может не воспринять ваших слов. Но магнитофонная запись о работе с болью или о приготовлении к моменту смерти может оказаться очень уместной в другое время. Возможно, это будет четыре часа утра, когда человек не сможет спать из-за сильной боли и окажется готовым и открытым, чтобы услышать то, что раньше в этот день казалось ему неуместным и пугающим.

СКАНДХА-МЕДИТАЦИЯ

   Речь идет об исследовании распада сложных ментальных процессов, которые мы ошибочно принимаем за свое «я». Эта медитация описывает «подлинное» умирание как растворение матриц переживаний, которые мы обычно отождествляем с «собой». Об этих «составных элементах» (скандхах) принято говорить как об основе всех переживаний, как о феномене, на котором зиждется наше «я». Их распад переживается как таяние «личности», ее растворение в недифференцируемом потоке феноменов, когда напряжение нашей отдельности исчезает и осознание возвращается в глубинную пространственность бытия.

СКАНДХА-МЕДИТАЦИЯ

   Существует пять скандх: форма (то есть пять органов чувств и их объекты), чувства (такие как приятное, неприятное и безразличное для тела и ума), восприятие (которое включает память), неосознаваемые тенденции или накопленные впечатления (из которых желания, чувства и мысли создают наше текущее ментальное состояние) и, наконец, само сознание.
   Хотя эти процессы порождают мысль обо «мне», мы верим, что именно «мы» порождаем эти процессы. Мы переживаем эти переплетающиеся и сменяющие друг друга качества как что-то личностное. Это постоянно меняющийся сознательный фон, который мы называем «я». Когда мы наблюдаем, как эти качества образуют наши переживания, мы преодолеваем иллюзию отдельной субстанциональной личности и постигаем, что даже наше «я» – это всего лишь преломление осознания, посредством которого мы видим эти процессы.

* * *
 
   Найдите удобное сидячее положение и позвольте своему вниманию сосредоточиться на дыхании.
   Позвольте уму и телу пребывать в покое. Вообразите себе, что это описание вашего умирания.
   Наблюдайте, визуализируйте внутри себя эти процессы по мере их развития.
   Представьте себя приближающимся к смерти. Чувствуйте, как сознание переходит с одного уровня переживаний на другой.
   Первой поглощается скандха формы. Физическое тело становится слабым и непрочным. Для тех, кто находится рядом, очевидно, что тело доживает свои последние минуты.
   Когда растворяется элемент земли, ваши руки и ноги тяжело и расслабленно лежат рядом с вами. Они больше не подвластны вашему контролю. Чувство тяжести увлекает их вниз, прижимает их к постели.
   Вы не можете двигать или фокусировать свои глаза. Моргание прекращается.
   Грубая и тонкая форма поглощается, физическое тело теряет свой цвет. В том, что раньше казалось столь сильным телом, теперь нет больше силы.
   Зрение изменяет вам.
   Неожиданно возникают внутренние образы мерцающего серебристого света, которые напоминают нагретую воду.

   Затем поглощается скандха чувств. Физическое тело прекращает переживать боль, страдание и даже безразличие. Вы постигаете, что чувства счастья, страдания и безразличия имеют одну и ту же природу. Вы не видите больше различий между физическими и ментальными переживаниями.
   Растворяется элемент воды. Телесные соки – кровь, моча, слюна, семя и пот начинают высыхать.
   Отказывает слух. Уши прекращают улавливать звуки окружающего мира. Даже шум в ушах больше не слышен [4].
   Появляется внутреннее видение дыма.
   Следующей поглощается скандха восприятия. Вы больше не узнаете своих родных и друзей.
   Растворяется элемент огня. Тепло физического тела уходит. Тело больше не в состоянии переваривать пищу.
   Вдох становится более слабым, а выдох более сильным и продолжительным.
   Обоняние уходит.
   Возникает видение огненных искр, дрожащих, как восходящие вдали звезды.
   Затем поглощается скандха неосознаваемых тенденций, сознательных ментальных впечатлений и волевых образований. Тело больше не может двигаться по вашей воле.
   Растворяется то, что помнит ваши прошлые мирские дела, успех и «важность». Вы теряете представления о цели и смысле мирской деятельности. Все это кажется вам пустым.
   Растворяется элемент воздуха. Дыхание прекращается.
   Вкус уходит. Осязание тоже оказывается потерянным. Вы не можете больше проводить различия между фактурами.
   Возникает видение тусклого синевато-красного света, подобно последним отблескам свечи, которые освещают темную комнату.

   И наконец, поглощается скандха сознания. Вместе с ней растворяются иллюзии отдельной реальности того, что мы называем «мой ум», «мое сознание». Растворяются дуалистические концептуальные предрассудки недалекого заблуждающегося ума.
   В это время один за другим появляются различные уровни скандхи сознания, и при этом возникает несколько внутренних видений. Сначала вы переживаете видение великой белизны, подобное безоблачному ночному небу осенью с полной луной.
   Когда яркость меркнет, вы переживаете видение красноты, которое напоминает медно-красный закат, заполонивший небо.
   Постепенно ваше видение становится восхождением ясного света. Это видение сияющего пустого пространства, подобное ясному небу после продолжительного проливного дождя. Это ясный свет смерти. То, что называют «процессом умирания», завершается.
   Не привязываясь к мыслям и не отталкивая мысли, сливайте наблюдателя этого света с самим ясным светом, так чтобы осталось только осознание ясности, светимости и бесконечного пространства.

   Поддерживайте это видение как можно дольше; это окончательное видение смерти.
   Если видение ясного света оказывается потерянным для восприятия, начинает давать о себе знать «личность», обусловленная привязанностью к пяти скандхам как к отдельному «я». Она толкает нас к следующему перерождению в направлении, противоположном тому, на котором случилась смерть. Мы снова проходим весь путь, начиная с видения черноты через видение красноты и белизны, через образование воли, способностей восприятия и эмоциональных реакций, и кончая зачатием в лоне, обретением органов чувств и их взаимодействием с объектами.
   Родившись, человек снова проживает жизнь и умирает.


Направляемые медитации очень полезны для открытия некоторым состояниям и для переживания более глубоких состояний бытия.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #24 : 14 Апрель 2017, 23:35:45 »
Тибетская система бардо

   Существует много переводов тибетского слова бардо, но прежде всего оно означает «проход», «точка перехода». Одни определяют бардо как «промежуток», «пространство»; другие – как «врата». Надо полагать, что это еще одна эволюционная ступень, подобная метаморфозе между различными стадиями развития; это переход из одного мгновения в следующий. Обычно мы считаем, что бардо случаются после смерти, но на самом деле каждое мгновение – это бардо. Мы склонны считать, что эти врата сами откроются перед нами, когда мы откажемся от тела, но это не совсем так. Вы пребываете в бардо в это самое мгновение. Осознание и мысль встречаются, чтобы образовать сознание, будь то внутри или вне тела. Во сне, когда тело лежит относительно неподвижно, осознание продолжает встречать мысль за мыслью, источник ментальной энергии рождает чувство за чувством. Ясно, что активность тела не необходима для переживаний сознания. Когда поток жизни, производимый живущим в теле сознанием, прекращается, тело сразу же умирает. Тело не может существовать без сознания/осознания в нем, хотя мы привыкли считать, что все как раз наоборот.

   Существует шесть бардо. Первое из них – Бардо Рождения. Это мгновение рождения, бардо возникновения, если хотите; переживание сознания внутри тела, начинающего независимое существование в этой сфере. Следующее бардо – это Бардо Жизни; бардо становления. Это рост ребенка, достижение им взрослого возраста; это бардо обучения, старения и жизненных перемен. Этот интервал может быть намного короче или же на сто лет дольше, чем первый. Бардо Жизни может также быть названо «бардо пустых рук» – потому что в это время накапливаются предпочтения и цели, достигается состояние, в котором человек желает быть. Третье бардо связано с распадом. Это Бардо Мгновений Перед Смертью. Это переход от кажущейся субстанциональности, выход из пространства, переход из физической формы к более тонким сущностям.

   Четвертым снова идет бардо возникновения. Это Бардо Мгновений После Смерти. Вы заметите, что смерти нет, а есть только мгновения до и после смерти. Представление о «смерти» не имеет оснований в реальности. Для тела есть мгновение, когда оно оживлено, и следующее мгновение, когда оно оказывается навсегда покинутым.

   Фактически, в этом случае только содержимое можно вернуть, тогда как сосуд оказывается потерян навсегда. Это напоминает электрическую лампочку, которая может гореть в один момент, а затем потухнуть, стать серой и пустой, потому что выключили ток. Электрическая лампочка такая же – только из нее ушел ток, который позволял ей светиться. Нет промежуточного мгновения. Только тело умирает. С точки зрения тела, это бардо наступает, когда имеет место смерть. Однако тело никогда не жило независимой жизнью, а было всего лишь проводником жизненной энергии. Как сказал один человек, фактически тело никогда не бывает таким активным, как после смерти, потому что оно поддерживает мириады микробов и маленьких существ, которые живут за счет его распада.

   «Тибетская книга мертвых» говорит, что именно в этом четвертом бардо возникновения, или прохождения через смерть, мы часто видим великий свет, называемый Дхармата, в котором перед нами сияет сущность бытия, не отождествляемая нами с нашим телом. Многие считают, что в этот момент, как ни в один другой момент воплощения, перед человеком открываются уникальные возможности.

   Пятое бардо, Бардо Смерти, – это еще одно бардо скитания, в котором мы переходим в следующую стадию обучения, старения и роста. Переход случается, когда наш ум исчерпывает обусловленное содержимое прошедшей жизни: привязанности и стремление достичь безопасности. Это избавление от прошлого, еще одна возможность получить прямой доступ к формам, возникающим в уме и порождающим окружающий мир. Именно в этом бардо мы встречаем многих мирных и воинственных божеств. Именно здесь, как утверждается, человек встречает десять тысяч любящих и десять тысяч яростных аспектов ума. Но, разумеется, все эти качества доступны нам и в нашем текущем бардо.
   Подобно второму бардо, Бардо Жизни, это бардо умирания ума, мыслящего в терминах времени.

   Шестое бардо, Бардо Мгновения Перед Рождением, – это снова растворение. Это мгновение выбора нового рождения, выбора воплощения. Это мгновение, когда вас привлекает следующая стадия становления, когда желания толкают вас к новой утробе, из которой вы появляетесь в мир, оказывающийся, как всегда, слишком большим или слишком маленьким.

   Представления о различных бардо используются для того, чтобы показать, что иллюзия имеет место прямо сейчас, к чему бы мы ни были привязаны. Интересно также отметить, то эти бардо следуют в определенной последовательности возникновения (восхождения), существования (скитания) и растворения. То же самое можно сказать о каждом состоянии сознания, которое мы видим возникающим, существующим в течение мгновения и исчезающим, чтобы дать место следующему возникновению, существованию и исчезновению. Наблюдая, как день ото дня ум рождается и умирает, мы готовимся к новой инкарнации, какова бы она ни была. Именно наблюдение этого процесса создания и разрушения освобождает нас от чувства субстанциональности, от необходимости «кого-то» защищать.

Ясно, что бардо возникновения взаимозаменяемы. Что рождение и мгновение после смерти – это одно и то же. Что бардо скитания, в «жизни» и в «смерти», созданы из одних и тех же элементов сознания и старых тенденций. Что бардо исчезновения – бардо мгновения после смерти и бардо мгновения перед рождением – также взаимозаменяемы. Работая с этими переходами, когда они случаются, умирая от мгновения к мгновению, мы обретаем Бессмертие.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #25 : 15 Апрель 2017, 00:19:47 »
Гроф - Человек перед лицом смерти

Цитировать
Изучение смерти имеет ключевое значение для осознания психических процессов. Без близкого знакомства с переживанием смерти и процессом смерти-возрождения невозможно понять религию, мистику, мифологию.

Полностью - тут:
http://www.koob.ru/grof_stanislav/the_human_encounter_with_death





Станислав Гроф, Джоан Хэлифакс
Человек перед лицом смерти
 
     
     2. ИСТОРИЯ ПСИХОЛЕЛИЧЕСКОЙ ТЕРАПИИ УМИРАЮЩИХ

     В основном вспоминаются два переживания. Я находилась в безграничном, лишенном времени мире, там не было ни атмосферы, ни красок, ни образов, но, возможно, был свет. Внезапно я осознала, что являюсь мигом времени, созданным теми, кто жил до меня, и сама я, в свой черед, - создатель других. Это был мой миг; моя основная задача была выполнена. Будучи рождена, я придала смысл существованию родителей.
     И вновь - в пустоте, одна, вне границ времени и пространства. Жизнь сжималась снова и снова, доходя до мельчайшего всеобщего основания. Я не в состоянии восстановить логику переживания, но до боли ясно понимала, что суть жизни есть любовь. В этот момент я почувствовала, что выплываю в мир, ко всем людям, но особенно - к наиболее близким мне. Я долго плакала над потерянными годами, над поисками себя не там, где следовало, над упущенными возможностями, над растраченной в погоне, непонятно за чем, энергией чувств.

   Абстрактные и эстетические переживания в сеансах ЛСД-терапии

     Переживания, входящие в эту категорию, весьма характерны для сеансов ЛСД-терапии, проводимых с использованием низких или средних доз.   Трансформации восприятия формы и цвета столь сильные и яркие, что зачастую определяются, как "оргии зрения" или "феерия в сетчатке". Иногда нарушение восприятия окружающего мира фактически незначительно, однако сам этот мир необычно интерпретируется чувствами и может казаться невероятно прекрасным, ощутимым, чувственным или комичным. Часто он описывается, как имеющий магическую или сказочную окраску.

     Эстетические переживания представляют, видимо, наиболее внешнюю сторону ЛСД-переживаний. Они не содержат важных психологических прозрений и не выявляют глубоких уровней подсознания человека. Их характерная черта на языке психологии объясняется, как следствие химической стимуляции органов чувств, отражающее свойства их внутренней структуры и функциональные характеристики. Подобные же изменения могут вызываться другими путями, например, нажатием на глазное яблоко, стробоскопическим светом, пониженным потреблением кислорода, вдыханием углекислого газа или электростимуляцией глазного нерва.
     Подобные переживания лишь изредка оказывали длительное благотворное действие. Однако несколько раз мы сталкивались с неожиданным смягчением острой физической боли после сеансов, в которых доминировали, в основном, эстетические переживания.
 
       Психодинамические переживания в сеансах ЛСД-терапии

     Психодинамические сеансы могут иметь весьма важные терапевтические последствия. Индивид способен вновь прожить и интегрировать различные травматические переживания периода становления личности, имевшие решающее значение для ее развития. Возможность ярко пережить отдельные воспоминания из различных периодов жизни позволяет увидеть их внутреннюю связь и показывает цепь подсознательных невротических матриц, проступающих сквозь специфические эмоциональные трудности. Все это может стать важным трансформирующим переживанием, приводящим к глубоким переменам в структуре личности, динамике чувств и поведении индивида.
Они могут помочь обрести важный синтез прожитых периодов жизни и - как результат - способствуют подготовке к неминуемой смерти с большим спокойствием. В сеансах подобного рода пациенты заново переживают болезненные события, обретая вследствие этого мир и прощение.

Нередко при таких обстоятельствах перед глазами умирающих проходит в сжатом виде вся их жизнь, и они положительно оценивают ее, что в конечном итоге приводит к прекращению эмоциональной привязанности к ней. Подобное полное прокручивание ленты жизни может происходить в течение весьма краткого объективного времени сеанса. Иногда весь процесс занимает несколько минут или даже секунд. Этот феномен поразительно схож с субъективными переживаниями, сопровождающими несчастные случаи или иные обстоятельства, несущие в себе угрозу жизни, а также ситуации, связанные с клинической смертью.

"Мне хочется дрожать, и я не знаю почему, я не знала, что во мне скрыта напряженность. Должно быть, она присутствовала во мне подсознательно. Я думаю, что все мы проходим через жизнь, испытывая некоторую напряженность. Это была такая прекрасная жизнь. Никто не поверит, какую прекрасную жизнь я прожила ".
     Переживание облегчило для нее ожидание смерти, так как отныне она могла понять и оценить по достоинству, насколько полной и стоящей была ее жизнь. Кроме того, серьезное осознание того, что после нее остается множество детей и внуков, которые продолжат жизнь, помогло ей внутренне принять свою кончину.


4. ПАРАМЕТРЫ СОЗНАНИЯ: КАРТОГРАФИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПСИХИКИ

 
     Переживание космического единства

     Это важное перинатальное переживание относится, видимо, к первичному союзу с матерью, изначальному состоянию внутриутробного существования, когда ребенок и мать образуют символическое единство. Если нет воздействия вредных раздражителей,
     условия, в которых пребывает зародыш, близки к идеальным, включая в себя защиту, безопасность и постоянное удовлетворение всех потребностей. Основными чертами здесь являются преодоление разделения мира на категории субъект-объект; необычайно мощные позитивные переживания (мира, покоя, безмятежности, блаженства); ощущения святости, преодоления пространства и времени, независимости и богатства постижения своего изначального слияния с космосом.

     Переживание космического всасывания

     Люди, принимавшие ЛСД и сталкивавшиеся с этим типом, часто относят его к самому истоку биологических родов, когда первичное равновесие внутриутробного существования нарушается химическими веществами, сигнализирующими о начале родового процесса, а позднее и мышечными сокращениями. Переживание космического всасывания обычно начинается со всеобъемлющего чувства нарастающей тревоги и уверенности в существовании непосредственной угрозы жизни. Источник такой приближающейся опасности не может быть ясно идентифицирован, отчего у индивида проявляется тенденция интерпретировать свое непосредственное окружение или весь мир параноидальным образом. Нередко люди, находящиеся в этом состоянии, заявляют об испытываемых вредоносных воздействиях, исходящих от членов тайных организаций, обитателей других планет, злых чародеев и механических устройств, испускающих губительные лучи. Дальнейший рост тревоги обычно приводит к ощущению неумолимого втягивания индивида со всем его внутренним миром и поглощения гигантским водоворотом. Частая вариация подобного всеобщего всасывания - заглатывание человека и переваривание его ужасающим чудовищем. Иной формой того же процесса, судя по всему, является тема нисхождения в подземный мир и столкновения с различными опасными тварями и сущностями.

     Переживание "отсутствия выхода"

     Оно соотносится с первой клинической стадией процесса родов, когда сокращения матки постепенно захватывают плод, следствием чего является его полная зажатость. На этой стадии шейка матки еще закрыта и выхода вовне пока нет. В ходе сеансов ЛСД-терапии данное переживание характеризуется глубокой темнотой поля зрения. Индивид чувствует себя запертым, пойман ным в замкнутом мире, испытывает невероятные душевные и физические муки. Существование в подобном мире представляется абсолютно бессмысленным, все положительные стороны жизни скрыты. Символика, сопровождающая этот тип, чаще всего выра жается в образах ада, взятых из различных культур. Наиболее характерная черта, отличающая данное переживание от следующего, - это настойчивое акцентирование роли жертвы и абсолютной неизменности и вечности любой ситуации. Человеку представляется, что нет никакой возможности вырваться ни во времени, ни в пространстве.

     Переживание борьбы смерти и возрождения

     Многие аспекты переживаний такого типа могут быть понятны, если сравнить их со второй клинической стадией родов. Во время этой фазы продолжаются сокращения матки, однако ее шейка уже широко раскрывается. Наступает период постепенного проталкивания через родовой канал, во время которого плод испытывает сильные механические сдавливания. Он борется за жизнь и часто ощущает острую нехватку воздуха. На заключительных стадиях родов плоду приходится непосредственно соприкасаться с различного рода биологическими субстратами типа крови, слизи, околоплодной жидкости, мочи и даже фекалий. С точки зрения переживаний, эта матрица является весьма сложной и имеет для индивида несколько важных аспектов чувство титанической борьбы, садомазохистские тенденции, высокая степень сексуального возбуждения, грязно порнографические порывы, а также присутствие огня

     Лица, принимавшие ЛСД, на данной стадии ощущают, как мощные потоки энергий протекают сквозь их тела, и одновременно испытывают скопление колоссального напряжения, время от времени разрешающегося взрывом. Обычно все это сопровождает ся неистовыми образами разбушевавшейся природы, апокалиптическими картинами войны и демонстрацией пугающих технических устройств. Освобождается и вновь накапливается огромное количество агрессивной энергии, что находит выражение в ярких разрушительных и саморазрушительных переживаниях, включающих в себя жуткие убийства, все мыслимые виды пыток, расчленения, казни, изнасилования и принесение кровавых жертв.

     Сексуальное возбуждение может достичь необычайно высокой степени, и тогда оно находит выход в сценах сексуальных извращении или же в образах ритмичных чувственных танцев. Многие лица, принимавшие ЛСД, обнаруживали на данной стадии психофизиологическую связь между агрессивностью и агонией, с одной стороны, и сексуальным экстазом, - с другой. Они постигли что интенсивное оргиастическое возбуждение может граничить со страданием, а смягченную агонию можно ощущать, как сексуальное наслаждение.
     Скатологические аспекты борьбы смерти и возрождения включают в себя личное соприкосновение с омерзительными вещами. Люди могут воспринимать себя валяющимися в экскремен тах тонущими в выгребных ямах, ползающими в отбросах, едящими фекалии, задыхающимися от мокроты, пьющими кровь или мочу. Все это обычно сопровождается переживанием прохождения через очищающий огонь. Пламя сжигает все испорченное в личности подготавливая таким образом, к переживанию духовного возрождения.

     Несколько важных параметров отличают эту группу переживаний от описанных ранее в связи с ситуацией "отсутствия выхода". Здесь положение не представляется безнадежным, а человек не является беспомощным. Он активно участвует в происхо ящем испытывая чувство, что переносимые страдания имеют определенный смысл и цель. Если воспользоваться религиозной терминологией, такая ситуация ближе к концепции чистилища, нежели ада. Кроме того, в данном случае человек не обязательно является беспомощной жертвой. Он - наблюдатель, способный настолько отождествляться сразу с обеими сторонами, что едва различает, кто же он агрессор или жертва. В то время как переживание безысходности является истинным страданием, ощущуение коллизии между смертью и возрождением представляет собой пограничное чувство между агонией и экстазом, а также смешение обоих.

     Переживание смерти и возрождения

     Данная эмпирическая матрица соответствует третьей клини ческой стадии родов. Мучительность родовых схваток достигает апогея, продвижение по родовому каналу закончено, и за ним следует мгновенное облегчение и расслабление. С перерезанием пуповины заканчивается процесс физического отделения от матери, и у ребенка начинается новая стадия существования - уже в качестве анатомически независимой личности.

     Переживание смерти и возрождения представляет собой окончание и разрешение их борьбы. Страдания и мука достигают высшей точки в ощущении полнейшего уничтожения на всех уровнях физическом, эмоциональном, интеллектуальном, моральном и трансцендентальном. Обычно такое состояние обозначают, как "смерть эго". Судя по всему, оно включает в себя мгновенное разрушение всех предшествующих переживанию установок личности. Само переживание полнейшего уничтожения часто сопровождается видениями слепящего белого или золотого света, а так же чувством освобождения от гнета и ощущением разлитости. Мир воспринимается, как нечто невыразимо прекрасное и сияющее Человек ощущает себя очищенным и омытым и склонен рассуждать об искуплении, спасении и единении с Богом.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #26 : 26 Апрель 2017, 10:38:04 »
   Трансперсональные переживания в ходе сеансов ЛСД-терапии

     Общей чертой данной разнообразной и колоритной группы переживаний является ощущение индивида, что его сознание расширилось за пределы обычных рамок эго и превзошло ограничения, налагаемые временем и пространством. Многие испытывают ослабление привычных тенет личности, их сознание и самоощущение, видимо, раздвигаются, включают и затрагивают других, а также иные элементы внешнего мира.

     В крайней форме подобных переживаний индивидуальное сознание, видимо, стремится объять всеобщность существования и слиться с бытием вселенского сознания. Высшей точкой здесь является ощущение себя как Ничто, таинственная исконная пустота и "ничегошность", содержащая в зародышевой форме все существование.

     Представляется вполне вероятным, что сознание и самосознание в значительной степени независимы от грубой материи тела и мозга и продолжат свое существование после момента физической кончины.
Память о том, что сознание возродилось незатронутым из того, что представлялось окончательным уничтожением, образует мощный эмоциональный и обучающий блок, способствующий пониманию процесса действительной смерти.

     Не удивительно, что на основании подобного рода предположений лица, принимавшие ЛСД, часто приходят к выводу об отсутствии истинных границ между ними и остальным миром. Им все представляется частью единого поля космической энергии, и их собственные границы идентичны границам самого существования. С этой точки зрения различие между обычным и священным исчезает, а человек, который в сущности и есть весь мир, - освящается.

Мир представляется как вечно разыгрываемая драма, состоящая из бесконечных приключений сознания, в духе индуистского понятия лила, то есть божественная игра. На фоне подобной бесконечно сложной и вечной космической драмы факт неизбежной индивидуальной гибели, видимо, теряет весь свой трагизм.
     В данной ситуации исчезает привычное восприятие смерти как конца всего, как крайней формы катастрофы. Отныне кончина понимается как движение в сфере сознания, переход на другой уровень или в иную форму жизни. Для испытавших космическое и метакосмическое Ничто само существование может показаться относительным. Подобно тому, как это принято в буддизме, они способны воспринимать форму как пустоту и пустоту как форму и в состоянии наблюдать развертывание личных судеб с глубокой вовлеченностью и одновременно с полнейшим философским и духовным бесстрастием. Такое отношение к событиям в мире феноменов сравнивалось лицами, принимавшими ЛСД, с присутствием на необычном спектакле или с просмотром фильма.

     Еще одно из переживаний, описанных в разделе трансперсональных переживаний, заслуживает упоминания в данном контексте. Явления выхода из тела и внетелесных передвижений способны значительно укрепить мнение человека о том, что сознание способно существовать независимо от физического тела и неподвластно физической смерти. Кроме того, подобные переживания могут иметь для умирающего огромное практическое значение. Так, в нескольких случаях пациенты, прошедшие через сеансы психоделической терапии, позже испытывали краткие эпизоды глубокой агонии, потери сознания или даже клинической смерти, а затем были возвращены к жизни. Они не только описывали четкие соответствия между реальным переживанием умирания и сеансами ЛСД-терапии, но и сообщали, что знание, полученное под воздействием ЛСД о том, как следует прекращать сопротивление и выходить из тела, оказалось бесценным и помогло значительно смягчить происходящее.


Затем все оборвалось, и после непродолжительного периода спокойствия Катерина начала любоваться прекрасными изумрудами и опалами мягких зеленых и голубоватых оттенков. Самоцветы вращались и сыпались откуда-то сверху. Их озарял великолепный луч света. Он сверкал и казалось исходил из Катерины. Судя по всему, самоцветы и драгоценности были не просто прекрасными вещами, а имели гораздо более глубокое значение. Изливающийся из них зеленый свет обладал духовной природой и освобождал Катерину от печали.

     Затем красота исчезла, и Катерина начала обозревать различные стороны своей жизни. По мере освобождения от разочарований детства, путаницы и неразберихи в сексуальной жизни, неудач брака и унижений, которым она подверглась, будучи еврейкой, по ее щекам начали течь слезы. В ходе этого очищающего и отмывающего обзора жизни большая часть ее язвительности трансформировалась в юмор. У Катерины даже появилось чувство, что все пережитое в жизни, было истинным ощущением любви.
Кульминация была достигнута в видении гигантского колеса, уходящего в беспредельность. По его краю, на бесконечном ободе, располагались все религии мира, посылая сияющие лучи в центр и наружу. Они были представлены различными символами и тайными надписями. Она была полностью обездвижена, абсолютно неподвижна в центре времени и пространства, и колесо, наполненное столькими вероучениями, сплавило их в одно. Все было залито теплым, мягким, золотым светом. Катерина парила и купалась в нем, ощущая себя убаюкиваемой и утешаемой. Такое сливающее все воедино божественное видение было, видимо, то, к чему она стремилась и ждала всю свою жизнь. Оставался лишь последний маленький шаг к полному растворению и единству.
Катерина чувствовала себя так, словно в ее жизни открылась новая глава:
     "Все эти годы я существовала. В прошлую пятницу я начала жить. Я действительно ощущаю себя новой личностью с совершенно изменившимся сознанием. Даже мое тело чувствует себя по-другому. У меня нет болей".

     5. ЧЕЛОВЕК ПЕРЕД ЛИЦОМ СМЕРТИ: ПСИХОДЕЛИЧЕСКИЕ БИОГРАФИИ

МЭТЬЮ
"Один мир и одна Вселенная... все едино... ничто и все... все и ничто... ничто есть все... блистающие границы владений его величества... итак, я бессмертен... это истинно!.."      Дебора, время от времени подходившая к двери гостиной, где происходила процедура, не могла поверить, что данные заявления исходили от ее прагматичного мужа. Мэтью чувствовал, что переживание было неправдоподобно прекрасно, он никогда в жизни не испытывал ничего похожего. Это было "заключение в теплом коконе, окруженном бесконечной любовью, чувство беспомощности и одновременно счастья и безопасности".

ДЖОАННА
почувствовала, как она "начала искриться фантастической энергией", протекающей сквозь нее. Энергия была такого уровня, что никто в мире не мог бы обладать и эффективно управлять ею; она была соразмерна всей Вселенной. Джоанна поняла, что, обладая таким количеством энергии, в повседневности ее приходится сдерживать, неправильно использовать и, отказываясь от нее, направлять на других.
Существуют формы, цвета, структуры, которые невозможно, просто невозможно описать..." Что бы она ни воспринимала из производимого миром - создание враждующих стран, междоусобные войны, расовую ненависть, мятежи, прогнившие политические системы, технологию, отравляющую окружающую среду, - она видела все как бы созидаемым ею самой. Она переносила на других то, что подавляла в себе. Джоанна также ощутила соприкосновение с тем, что могла обозначить, как чистое бытие, и поняла: оно не может быть постигнуто и не нуждается в оправдании. Одновременно пришла уверенность, что ее единственная задача - освободить собственную энергию, а не "сидеть на ней", как было всегда.
В течение долгого времени Джоанна не испытывала ничего, кроме приятного тепла от лелеющего ее золотого сияния, подобного трансцендентальному дождю из жидкого золота.
.Дик ощущал невероятную энергию, исходившую от Джоанны, и говорил, что чувствовал почти осязаемое энергетическое поле, окружавшее ее тело.

3. Не осталось никаких вопросов. Жизнь, смерть, смысл - все было здесь. Я всегда была здесь, все мы были здесь. Все было единым. Страх не существовал. Смерть, жизнь - все одно и то же. Свивающаяся кольцеобразность всего. Главное сильное желание - постичь мир, находящийся во всем. В слезе, скользящей по моей щеке, в чашке - во всем! Что за гармония, - думала я, - таится за видимым хаосом. Мне не хотелось потерять видение, и я мечтала разделить со всеми это знание. Что не существует страха и нечего бояться. Мы всегда находимся там, куда направляемся. Достаточно просто быть. Нет нужды беспокоиться, задавать вопросы, искать причины. Просто - быть.

     Позднее, в ходе этого же сеанса, у меня возникло чувство, что некоторые избраны ощущать печаль, присущую миру. Если я одна из них, что ж, прекрасно. Думала об остановках Христа на крестном пути и почувствовала Его страдания или, быть может, ту печаль, которую Ему пришлось испытать. Я поняла, что карма других людей - ощущать довольство, или силу, или красоту - что угодно. Почему бы радостно не принять печаль?   Я долго беседовала с отцом о печали, не понимая, что плохого в ней и почему она так нелюбима людьми.
  Я говорила о красе печали: сладкая печаль, печальная сладость. О разрешении - и себе, и другим - быть печальными, когда та приходит. Печаль, возможно, не так популярна, как радость, непосредственность или веселье. Играя в них, я растратила огромную энергию. Теперь же я - просто есть: не есть то или это, но просто есть.
У меня гораздо больше приятных ощущений, нежели когда-либо раньше. Все тягостные надобности быть кем-то другим сняты. Я чувствую себя свободной от фальши и притворства. Я теперь не грущу о том, что мне придется умереть.
 Я хотела быть рожденной не как личность, а, может, как радуга, яркая, красная, желтая, мягкая, прекрасная...
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #27 : 26 Апрель 2017, 10:40:38 »
7. СОЗНАНИЕ И ПОРОГ СМЕРТИ
     
     Практически у всех лиц, соприкоснувшихся со смертью, развивалось похожее ментальное состояние. Они не испытывали боли, отчаяния, горя или всепоглощающей тревоги, обычно поражающих людей в минуты менее острой опасности, прямо не угрожающей жизни. Напротив, сначала усиливалась активность сознания, повышая интенсивность и скорость мышления в сотни раз. Затем приходило ощущение спокойствия и принятия ситуации на глубинном уровне. Восприятие событий и предвидение их результата были необычайно ясными. Судя по всему, не наблюдалось ни дезориентации, ни замешательства. Течение времени резко замедлялось, и люди действовали с поразительной быстротой на основе четкой и реалистичной оценки ситуации. Все это часто сопровождалось неожиданным мысленным проигрыванием всей прошлой жизни жертвы. Наконец, человек, находящийся в условиях, угрожающих его жизни, слышал божественную музыку неземной красоты.

1 То, что я ощутил за пять-десять секунд, невозможно описать и за десятикратно превышающее этот срок время. Затем я увидел всю прошлую жизнь в виде многочисленных картин, как бы разыгрывающихся на сцене на некотором расстоянии. Я был главным героем представления. Все было преображено как бы райским светом и было прекрасно и свободно от горя, тревоги, боли. Память о весьма трагичных событиях, пережитых в прошлом, была четкой, но лишенной щемящей печали, а мое сердце - свободно от противоречий, борьбы. Противоречия переродились в любовь. Приподнятые и гармоничные мысли соединяли отдельные образы и царили над ними. Подобно великолепной музыке, божественное спокойствие окутало душу. Прекрасные голубые небеса, разукрашенные изысканными крошечными розовыми и фиалковыми облачками, на вечные времена раскрывались вокруг меня. Мягко и безболезненно я погрузился в них и увидел, что теперь нахожусь в свободном падении и подо мною - снежное поле.

  2   Цепь картин быстро проносилась перед глазами, представляя все, любимое мною, и то прекрасное, что я когда-либо испытал. В перерывах между картинами звучала могучая мелодия прелюда, который я слышал утром: "Бог всемогущ. Небеса и Земля покоятся в Его руке; мы должны склониться перед Его волей". С этой мыслью в душе, находясь в центре происходящего ужасного смятения, я был захлестнут чувством бесконечного покоя.

     Хейм завершает свою статью утверждением, что смерть от падения с субъективной точки зрения приятна. Погибшие в горах в последние мгновенья жизни обозревали свое прошлое, пребывая в преображенном состоянии. Возвысившись над телесной болью, они находились во власти благородных глубоких мыслей, величественной музыки и с ощущением покоя и примирения. Они падали в прекрасные голубые или розовые небеса, а затем все неожиданно останавливалось.

     Осис обнаружил, что около десяти процентов умирающих, видимо, были в сознании за час до смерти. Удивительно, но, согласно сообщениям врачей и медсестер, пациенты испытывали, в основном, отнюдь не страх. Указывалось, что чаще наблюдались ощущения дискомфорта, боли и даже безразличия. Было установлено, что примерно у одного из двадцати больных присутствовали признаки душевного подъема. Согласно авторам, для большинства переживании были характерны яркие цвета, и они весьма походили на психоделические переживания, вызываемые мескалином или ЛСД.

Работа мозга не искажалась седативными или другими препаратами, высокой температурой тела, Большинство умирающих находилось в сознании, ясно понимая происходящее и правильно реагируя на окружающую обстановку. Исследование также показало, что характерные черты подобных галлюцинаций относительно не зависят от физиологических, культурных и личностных факторов.

     3     Всякая надежда пропала, напряжение полностью спало и абсолютное спокойствие сменило предшествующие бурные чувства. Его можно было бы назвать апатией, но уж, конечно, не смирением, ибо утонуть больше не казалось мне злом. Я перестал думать о спасении и не чувствовал никакой физической боли. Напротив, мои ощущения были скорее приятного свойства, частично напоминая то дремотное, но исполненное удовлетворения чувство, которое предшествует сну от усталости. Хотя чувства были притуплены, этого нельзя сказать о сознании. Его активность, казалось, возросла до степени, не поддающейся никакому описанию, так как мысль проносилась за мыслью со скоростью не только неописуемой, но, возможно, и непостижимой для любого, не побывавшего в аналогичной ситуации.


4 Последнее впечатление, которое я могу вспомнить, длилось долю мгновения. Я продвигался с высокой скоростью к ярко светящейся сетчатой структуре. Узлы и нити в местах пересечения светящихся линий вибрировали, испуская колоссальную холодную энергию. Решетка представлялась барьером, который остановит дальнейшее продвижение. Мне не хотелось проходить сквозь нее. На краткое мгновенье моя скорость, казалось, снизилась. Затем я был в решетке. В момент моего соприкосновения с ней, вибрирующее сияние усилилось до степени ослепляющей яркости, которая одновременно опустошила, вобрала в себя и изменила меня. Не было боли. Ощущение не было ни приятным, ни неприятным, но оно поглощало полностью. Суть всего изменилась. Начиная с этого момента, переживания лишь приблизительно поддаются описанию словами.
     Решетка была чем-то наподобие трансформатора, то есть энергетического преобразователя, транспортирующего меня из оформленного состояния в бесформенное, за пределы времени и пространства. Отныне я находился не в каком-то месте или даже измерения, а, скорее, в состоянии бытия. Это новое "Я" было не тем, которое я знал, но - его очищенной сущностью и в то же время смутно знакомым, чем-то, что я всегда ощущал похороненным под надстройкой личных страхов, надежд, желаний и устремлений. Это "Я" не было связано с эго. Оно было конечным, неизменным, неделимым, неразрушимым чистым духом, и одновременно, будучи абсолютно уникальным и индивидуальным, наподобие отпечатка пальца, - частью некоего бесконечного гармоничного и организованного целого. Я уже был там прежде.


5     Я был сызнова наполнен надеждой и чувством цели в том, чтобы быть живым. Это находится за пределами понимания большинства людей. Я высоко ценю чудо жизни - такое, например, как видеть полет птиц. Все наполняется гораздо большим смыслом, если тебе доведется соприкоснуться с утратой этого. Я испытал чувство связи со всем сущим и единства со всеми людьми. После пережитого мною духовного возрождения, я также ощущаю боль каждого. Выживание укрепило мою веру и сознание цели в жизни. Все было ясно и сияло, и я теперь уверен в своей связи с Создателем.

К моменту смерти существование индивида становится завершенной и неизменной структурой. Во все времена смерть рассматривалась, как вершина жизненного пути именно по этой причине. Она давала последнюю возможность обрести или защитить те цели, которые мыслились как высшие. Умирающие, переживающие этот заключительный обзор, страстно утверждают трансцендентное значение факта своего существования и включают его в мировой порядок, смысл которого они постигают. Все это может рассматриваться в качестве могучего утверждения духовных устремлений умирающего. Часто случалось так, что визионерские переживания отдельных людей были настолько приятными, что ощутившие их испытывали сильное желание умереть и так навеки остаться в запредельных мирах. Зачастую они выказывали обиду и даже враждебность за то, что их "оживили" и вернули в повседневную реальность.

     Как правило, стадия трансцендентности естественным образом вытекает из происшедшего обзора жизни. Лица, обозревающие свое существование с точки зрения содержащегося в нем добра и зла, могут воспринимать его со все возрастающим отдалением. Они способны достичь положения, при котором их жизнь видится как единое целое, и одновременно в ней различима каждая деталь. В конце концов, преодолевается и это ограничение, и умирающий испытывает то, что обозначается, как мистическое, трансцендентальное, космическое сознание, - то, что Абрахам Мэслоу назвал "пиковым переживанием".
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #28 : 26 Апрель 2017, 10:42:37 »
Чувство единства или связи с другими людьми, природой и всем миром является необходимым условием космического сознания. Невыразимость - другая важная характерная черта. Это качество переживания может вытекать из его уникальности, интенсивности сопутствующих эмоций либо из недостаточности средств нашего языка для его описания. Следующим значимым аспектом мистических переживаний является их превосходство над временем и пространством. Последнее приводит к возникновению чувства, что индивид, испытывающий данное состояние, находится вне обычных пространственно-временных ограничений, за пределами прошлого и будущего, в вечности и безграничности либо в совершенно ином измерении. Духовный характер - еще один важный признак таких переживаний. Люди обычно убеждены, что находятся в контакте с высшим знанием о реальности и природе существования. Переживания трансцендентности всегда сопровождаются возникновением ярко выраженных позитивных чувств. Их диапазон: от спокойствия, безмятежности и равновесия до экстатического восторга, подобно сексуальному оргазму космических масштабов. Описания мистических переживаний также характеризуются их удивительной парадоксальностью. Многие из сообщений о подобных состояниях, судя по всему, противоречат друг другу и нарушают основные законы аристотелевой логики. Еще один аспект данных переживаний заслуживает специального упоминания. Это - чувство объективности и реальности. Человек, соприкоснувшийся с космическим сознанием, как правило, не испытывает сомнений в том, что имеет дело с безусловной и высшей реальностью, которая в определенном смысле более реальна, чем воспринимаемый нами в привычном состоянии сознания мир явлений.

     Трансцендентальные переживания, имеющие место в состояниях, близких к кончине, а также связанные с клинической смертью, обладают всеми признаками, описанными Панке. Нойес добавил еще один - утрату контроля, когда человек перестает цепляться за реальность и подчиняется пассивности. Такая капитуляция обычно сопровождается чувством необычайного спокойствия либо экстаза, как это происходит на второй стадии. Аналогичные переживания необычных состояний сознания могут сопровождаться изменениями восприятия, выражающимися порой в виде яркой образности.

Все они во время и после прыжка переживали мистические состояния сознания, характеризующиеся утратой чувства пространства и времени, а также ощущением духовного возрождения и единства с другими людьми, всем миром и Богом. Вследствие личного соприкосновения со смертью некоторые из них пережили глубокое религиозное обращение, другие же описали укрепление в себе присущих им и ранее религиозных взглядов.

Многие умирающие сообщали о восприятии странных звуков, похожих на описанные в "Тибетской книге мертвых", и на те, которые имеют место в перинатальных фазах переживаний во время ЛСД-сеансов. Некоторые из этих звуков были явно неприятного свойства, наподобие громких щелчков, рева, звона, жужжания, свиста и хлопков. Другие включали в себя прекрасный перезвон колокольцев, успокаивающие звуки или даже волшебную музыку. Необычайно часто встречались описания прохода сквозь темное закрытое пространство, обозначаемое как воронка, пещера, туннель, цилиндр, долина, желоб или сточная труба*.

     Переживание явления выхода из тела - еще одна общая черта опыта соприкосновения со смертью - может принимать разнообразные формы. Некоторые описывают восприятие себя, как бесформенного облака, энергетической структуры либо чистого сознания. Другие четко ощущают свое тело, которое, однако, прозрачно, невидимо и неслышно для обитателей в мире феноменов. Иногда возникает чувство страха, замешательства и желания вернуться в физическое тело, порой, напротив, появляются экстатические ощущения отсутствия времени, веса, ощущения мира, покоя, ясности. Некоторые на этой стадии проявляют беспокойство о судьбе своих физических тел, другие совершенно к ним равнодушны. Не воспринимаются запахи, ароматы, температура, отсутствует мышечное чувство. Зрение же и слух, судя по всему, резко усиливаются, достигая почти безграничного уровня. Сходство между этими переживаниями и описаниями тибетского состояния бардо просто поразительно.

     Многие умирающие сообщают о встречах с другими существами - покойными родственниками и друзьями, "духами-хранителями" или духовными руководителями. Особенно часто, судя по всему, происходит видение встречи со "Светящимся существом", которое является источником неземного сияния, лучистым и сверкающим, но обладающим и определенными личностными характеристиками, такими, как любовь, теплота, сострадание и чувство юмора. Общение с этим Существом происходит без слов путем непосредственной передачи мысли. В рамках данной встречи или вне ее умирающий может пережить частичный или полный обзор своей жизни, почти всегда протекающий в ярких цветах и включающий в себя трехмерные движущиеся формы. Смысл данного переживания, видимо, заключен в понимании того, что постижение любви к другим и обретение высшего знания являются максимальными ценностями человеческой жизни. Во многих сообщениях описывалось достижение границы или предела и - возвращение. Такая граница носит чисто абстрактный характер либо символически выражена в виде водной преграды, седого тумана, двери или врат, изгороди или линии.
     ___________________
     * Хотя Моуди специально и не говорит об этом, в описаниях можно найти много косвенных намеков на процесс родов: скольжение вниз головой вперед, концентрические круги туннеля, отсутствие воздуха в закрытом пространстве, трудности с дыханием, скаталогические элементы и т.д.
     Отношение к возвращению, видимо, меняется в процессе умирания. В течение нескольких первых мгновений после наступления смерти, люди испытывают отчаянное желание вернуться в тело и сожалеют о своей кончине. После некоторого продвижения и, особенно, после встречи со "Светящимся существом" прежнее намерение может уступить место нежеланию возвращаться. Некоторые не знают, как они вернулись, связывая это порой с собственным решением поступить таким образом. Другие чувствуют, что были либо посланы обратно "Светящимся существом", либо возвращены чувством любви, желаниями и молитвами других, независимо от их собственных намерений.

     У людей, выживших после ситуации, грозившей им смертью, либо перенесших клиническую смерть, в результате случившегося развивались новые представления о ее природе. Многие утрачивали страх перед ней. У них развивалось позитивное отношение к ней, отнюдь не связанное с желанием умереть или суицидальными наклонностями. Их сомнения, касающиеся возможности посмертного существования, рассеивались, и продолжение жизни сознания за пределами физической кончины становилось экспериментально доказанным фактом.
 
     Одним из важнейших аспектов исследования Моуди является предпринятое обсуждение воздействия опыта прикосновения к смерти на жизнь испытавших этот опыт людей. Они ощутили, что она расширилась и углубилась. У них проявился серьезный интерес к глубочайшим философским и духовным вопросам, и для них начала действовать совершенно иная, чем прежде, шкала ценностей. Существование внезапно оказалось гораздо ценнее, и значительно больший акцент стал делаться на полноценное переживание текущего момента, на то, что происходит "здесь и сейчас". Наблюдались также серьезные изменения в представлениях об относительности ценности физическогр тела и ума. Реже это сопровождалось развитием парапсихологических способностей.

     Данный материал полностью соответствует выводам Уолтера Панке о последовательности мистических переживаний, происходящих спонтанно или в ходе занятий религиозной практикой, без пребывания в ситуации, несущей в себе угрозу жизни. Одна из выделенных им категорий, описывающих мистическое сознание, включала в себя устойчивые, позитивные перемены в чувствах, взаимоотношениях и поведении, следующих за переживанием подобного рода. Характер таких перемен, судя по всему, совпадал с описанным Моуди.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.

Оффлайн просто Соня

  • Заслуженный Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1635
  • Положительные отзывы 77
Re: Сквозь смерть
« Ответ #29 : 09 Май 2017, 10:53:22 »
Часть II
МНОГООБРАЗИЕ ДУХОВНОГО КРИЗИСА

Джон Уэйр Перри
ДУХОВНЫЙ КРИЗИС И ОБНОВЛЕНИЕ


Ибо когда это совсем, совсем ничто, то это все.
Когда я раздавлен, полностью и абсолютно,
Без малейшего следа, тогда я здесь
Восстаю и утверждаю свои стопы в ином мире,
Восстаю, совершая воскресение,
Восстаю, не рожденный вновь, но воскресший в прежнем теле,
Новый превыше знания новизны,
Живой за пределами жизни,
Гордый превыше всякого намека на гордыню,
Живя там, где жизнь и не снилась,
Здесь, в ином мире, все еще земном,
Я — тот же, что и прежде, но необъяснимо новый.
Д.Г. Лоуренс. Новые Небеса и Земля
(Избранные стихи)

Природа духа

Если взглянуть на действительную феноменологию духа, возникает иное впечатление. Древние слова, означающие “дух”, подразумевают “дыхание” или “воздух”, в особенности воздух в движении, и, значит, “ветер” — древнееврейское “ruach”, латинское “animus”; на Востоке — “прана” или “ци”*.
Само английское слово “spirit” имеет значение “дыхание”, от латинского “spiritus”. Все это ясно указывает на некую силу, которая невидима в качестве воздуха, но способна быть мощной в качестве ветра. Он “дует, куда пожелает”, говорится в Библии, что предполагает собственную волю. Короче говоря, дух — это мощная движущая сила, свободная от материальной структуры.
Это определение заставляет нас думать о духе как о чистой энергии, но при ближайшем рассмотрении мы обнаруживаем нечто большее — дух обычно переживается как обладающий голосом — голосом, который ведет человека. Значит, он, по-видимому, имеет свойство интенции, которая может быть нагружена информацией, и этот аспект можно было бы определить как “информированную энергию”, или энергию, обладающую качеством разума.

Если в процессе личностного развития эта работа по освобождению духа становится необходимой, но не предпринимается сознательно, с пониманием цели и с приложением значительных усилий, то психика склонна перехватывать инициативу и подавлять сознательную личность своими собственными мощными процессами. Я наблюдал эти процессы во многих случаях и выявил в них специфическую последовательность, которую описал и назвал “процессом обновления”

Темы смерти и разрушения мира

Катаклизм такого рода кризиса духовных процессов напоминает мне о библейском предупреждении: “Это ужасающая вещь — оказаться в руках живого Бога
Этот страх (и сопровождающий его гнев) приводят к биохимическим изменениям в мозгу и во всем организме.
Какова конечная цель духовного кризиса и процесса обновления? Они имеют ту же цель, что и мистический путь медитации; в буддийской практике она называется “мудростью” и “состраданием” или “любовью”.

Процесс обновления

Средоточием этой активации и энергии является архетип центра, который Юнг назвал Самостью.
У этого процесса почтенная пятитысячелетняя история, и он всегда принимал форму ритуальной драмы, разворачивающейся в рабочем центре, сформированном в Самости. Вслед за переживаниями смерти и загробной жизни происходит временная регрессия к началу начал; в случае индивидуального прошлого — назад к младенческому состоянию, к собственному рождению или даже к внутриутробному состоянию; в более широком масштабе мировой истории — назад к моменту сотворения мира или даже к предшествовавшему состоянию хаоса. В этой последовательности динамика образа себя и образа мира параллельны и отражают друг друга.

существуют и другие, более легкие его элементы, такие, как раздувание образа себя в апофеозе героя или героини; святого, спасителя, мессии или царя. Здесь человек испытывает переживание hieros gamos — священного, или небесного, брака с какой-либо божественной или мифической фигурой со всем сопровождающим это разгулом эротических эмоций. В этой мессианской роли человек также верит, что он специально избран для того, чтобы провести реформы религии или общества в мировом масштабе, таким образом осуществляя важный аспект обновления мира.

В огромном множестве рисунков и картин, появившихся в попытках выразить эти внутренние события, каждый элемент процесса имеет тенденцию располагаться внутри формы мандалы (представляющей архетипический центр, Самость), хорошо известной как вместилище противоположностей.
Но, можно было бы возразить, разве Самость не является трансцендентной и вечной? Как же она может проходить через смерть и распад? Разве не эго должно быть принесено в жертву и пройти через смерть? Чтобы ответить на эти вопросы, обратимся к мифам и ритуалам.

В христианской традиции Иисус был воплощением вечного божества и представлением Самости; его смерть и преображение символизировали процесс обновления в этой вере. Например, крещение первоначально было посвящением в духовное царство, где он был царем. Можно было бы считать умирающих богов — таких, как Ваал на Ближнем Востоке, Адонис в средиземноморских культурах или Фрейр в нордических, — духами растительности и плодородия, но каждое из этих имен переводится как “Господь”, в смысле царственной фигуры, что подразумевает роль Центра (Самости).

Недавний акцент на самоуничтожении или смерти эго упускает существенный момент, ибо эти термины подразумевают сознательно-волевой акт. Подлинно преображающая смерть обычно приходит незваной и непрошеной, случаясь с нами вопреки нашей воле. Это автономный и архетипический процесс, движение духа в пространстве мифа и ритуала.
По своей природе архетипический центр (Самость) подвержен циклам рождения, смерти и воскрешения
Все обнаруживающиеся здесь противоречия могут быть разрешены, если мы уточним наше понимание различия между самим архетипическим центром и представляющим его образом. Образ означает не его изображение, а скорее форму и качество, которые он принимает в нашем актуальном переживании.
Архетипический центр неизменен, но представляющий его образ нуждается в циклическом обновлении, со всеми вытекающими из этого последствиями для мировоззрения, стиля жизни и системы ценностей человека.

Управление процессом

Архетипическая Самость, или центр, имеет тенденцию активизироваться в интенсивных взаимоотношениях и нуждается в эмоциональном контексте (в партнере), для того чтобы продвигаться вперед по ходу процесса обновления.

“Ни одно живое существо, — говорил философ Кумарасвами, — не может достичь более высокого уровня своей природы, не перестав существовать”.

Прислушайтесь, что говорит как раз на эту тему религиозный мыслитель Шанкарачарья:
“Порой глупец, порой мудрец, порой обладающий царственным величием, порой бродяга; порой неподвижный, как питон, порой источающий благожелательность; порой почитаемый, порой гонимый, порой безвестный, — так живет человек, достигший самореализации, всегда наслаждающийся высшим блаженством. Так же как актер — всегда человек, надевает ли он костюм своего персонажа или снимает его, так и совершенный постигающий Вечное — всегда Вечное, и ничего более”.
Не важно, что написано.
Важно, как понято.